Ксюха заметно теряется и чуть краснеет из-за моей внезапной близости… и наглости. Я ей нравлюсь, уже давно, но секса между нами так и не случилось. Данное обстоятельство крайне занимательно в моей биографии, однако девчонка она хорошая, а я не сплю с хорошими девчонками.
– Грабли убрал… – быстро находится Ксю и зыркает делано-злобно.
– Убрал, – поднимаю ладони вверх, будто собираюсь сдаваться.
– Есть что будете? Сегодня в меню классный штрудель от шефа.
– Да? Ну тогда и штрудель неси. Заценим.
Она поднимает поднос с грязной посудой и, уходя, прибавляет:
– Хорошо. Минут через пять.
– Лады.
Сразу направляюсь к Руслану. Парень сидит, уткнувшись носом в ноутбук, что-то бегло печатает. Меня замечает не сразу.
– Давно сидишь? – протягиваю ладонь, Рус неопределённо кривится, принимает рукопожатие:
– Не особо.
Сажусь напротив.
– Я кофе заказал, – и расплываюсь в улыбке. – Со штруделем.
Парень недоумевает:
– На хера? Мы надолго?
– Ксюха говорит, что у них сегодня обалденный штрудель от шефа. Надо заценить.
Рус на пару секунд подвисает, а затем констатирует:
– Её тоже трахаешь.
Не удерживаю смех.
– Не-не…
– Гони, ага…
– Просто штруделя захотелось. И кофе. Не спал всю ночь.
Руслан неодобрительно качает головой, после чего снова утыкается в ноут.
– Ёбарь-террорист.
– Не завидуй. Зависть – дерьмовое чувство…
– Было бы чему там завидовать, – почти над нами раздаётся звучный и сильный голос Ксюхи. С таким голосом ей бы в армии командовать, а не в официантках бегать. – Твой друг знает, что ты как-то одно время ныкался у меня от ватаги разъярённых баб?
– Ну не пали контору, Ксю, – делаюсь наигранно-обиженным.
Мой приятель отвлекается от ноутбука, поднимает на девушку заинтересованный взгляд.
– Ныкался-ныкался, – и кивает для убедительности. Расставляет на столике две чашки кофе и средних размеров тарелку с уже нарезанным и красиво оформленным штруделем. – Эти бешеные курицы мне тачку поцарапали и дверь обгадили. Соседи до сих пор тот случай припоминают. Позорище, капец…
– Похоже на Андрюху, – Рус довольно скалится.
– А ты не забыла, кто тебе потом оплатил ремонт твоей ласточки? И дверь новую поставил, м?
Ксюха наклоняется чуть вперёд и шипит змеёй:
– Да если бы не этот «кто-то» со своей врождённой неспособностью держать член в штанах, то и ремонтов никаких делать не пришлось бы.
– Я тоже тебя люблю, солнышко, – дарю девушке одну из своих фирменных улыбочек и это, как всегда, безотказно срабатывает.
– Ой, иди ты… – закатывает глаза, отмахивается. – На гору сходи… Тебе, кстати, Вовка привет передал, – прибавляет Ксю, прежде чем покинуть наше скромное общество.
– И ему тоже!
В ответ получаю негромкое и слегка ворчливое «хорошо, передам». А когда возвращаю внимание к Русу, то снова застаю его прилипшим к экрану ноутбука. Задрот.
Когда-то это заведение было откровенной рыгаловкой. Вечные толпы разношёрстных алкашей, просто местных завсегдатаев или случайно забредших с целью пропустить стаканчик-другой по сравнительно низкой цене и с полным пофигизмом к происходящему здесь пиздецу. Я тогда был одним из второй группы – жил неподалёку и время от времени захаживал.
С тех пор много чего поменялось.
Ксюху знаю тоже с тех же времён – помогали друг другу как и чем могли и, наверное, в каком-то смысле стали хорошими друзьями. Ещё одна причина, по которой я ни разу даже мысли не допускал, чтобы с ней переспать. Однако, когда стал понемногу подниматься, когда появились кое-какие бабки и связи… В общем, можно сказать, что я был одним из тех людей, кто помог той самой рыгаловке превратиться в приличное и теперь уже не самое дешёвое заведение. К тому же район тут отличный, с хорошей проходимостью. Открывай я какой-нибудь клуб, бар или кафе, искал бы что-то подобное.
– Ты там умер?
– А? – Рус, наконец, отлипает от экрана ноутбука. – Я тут доделываю… Почти закончил.
– Ты ж сказал, что нарыл.
– Нарыл. Просто сортирую, чтобы тебе-придурку искать было проще.
Отпиваю кофе, наслаждаюсь приятным крепким ароматом, затем беру один кусочек штруделя, откусываю, снова запиваю кофе.
– Интересное, что есть?
Руслан неопределённо пожимает плечами.
– Это уже тебе решать. Но есть вопрос.
– Говори.
– У неё непростая семейка. У этой твоей девки.
– Была.
– Ну да… Была, – отчего-то задумывается, ловит короткую паузу, а затем продолжает: – Папаша её хоть и являлся среднерядовым следаком, однако со связями. Он в своё время нехилым таким «дерьмом» ворочал и ворочал, надо сказать, аккуратно, потому что семейство точно было не в курсе. Почти никто не был. А ещё он помогал твоему нынешнему работодателю подниматься…
Недолго смотрю на парня, после чего уточняю:
– В чём вопрос?
– У вас там какие-то криминальные разборки? Быть может, месть? Очередная подстава? Ты же знаешь, что девка эта… мягко говоря, не в себе?
Не удерживаюсь от усмешки, хотя она получается сухой и ни фига не весёлой.
– А мне казалось, тебе всегда было плевать на подробности. И ты говорил, что являешься профессионалом.
