Сняв с себя часть вещей, он распределил их внутри костюма. Разложив его на нижней койке, дед одобрительно хмыкнул.
Если не вглядываться, то создаётся полное впечатление, что дед в костюме просто лег спать.
— А теперь пора спасать мою принцессу.
Хитро улыбнувшись, дед достал из потайного кармана небольшой складной ножичек.
Лезвие ножа вибрировало подобно тому, что купил у него Саша Нестеров, но было в два раза короче.
— Что же, это будет не так быстро, но зато тихо, — шепнул он себе под нос и медленно погрузил лезвие в толщу бетонной стены.
Незаметно лёжа под шконкой, дед Максим полчаса планомерно, кусочек за кусочком вырезал в стене отверстие.
Наконец толщина стены уменьшилась до той степени, что он стал отчётливо слышать разговоры в соседней камере.
— Вот от такого любой мужик упадёт к вашим ногам, — отчётливо раздался голос Эльвиры Георгиевны.
Следом раздались девичьи смешки.
— Вы не смейтесь, а попробуйте! — шикнула на них старушка. — Я такой трюк с семьдесят восьмого года проворачивала и всегда безотказно.
— Хорошо баб Эля, возьмём на вооружение, — услышал дед Максим голос явно молодой девушки.
— Не бабкай мне тут, сколько раз говорила.
Сердце Максима восторженно забилось в предвкушении скорого спасения любимой. Он уже хотел пробить бетонную кулаком, но осадил себя.
Стой старый, действуй по плану, — выдохнул он и медленно вырезал оставшийся тонкий слой бетонной стены единым куском.
Аккуратно подцепив двухсантиметровый бетонный блинчик, он вытащил его и отложил в сторону и перед его взором предстала соседняя камера.
Лаз между помещениями был ровно под койками, и никто из девушек ещё не заметил его появление.
— Пс-с-с, — тихонько шикнул дед, чтобы привлечь внимание, но его никто не услышал. Эльвира была увлечена общением с девушками.
Тогда он тихонько коснулся её ноги, отчего та резко дёрнулась и быстрым движением заглянула под шконку.
— Старый, ты что тут делаешь? — невольно вырвалось у неё от удивления.
Молодые девушки перепугались и едва не закричали.
— Молчать! — негромко, но властно приказала она и девушки даже не пискнули. — Это мой сумасшедший дед.
— Элюшка, я пришёл, чтобы спасти тебя, — послышалось негромкий голос снизу.
— Совсем сдурел, — ругнулась Эльвира, но сидящие в камере девушки сразу заметили как щёки старушки налились краской.
Сколько бы Эльвира Георгиевна ни строила из себя железную леди, внутри неё жила простая девушка, которой всегда хотелось быть любимой и обожаемой.
— Это так мило, — вдруг прослезилась блондинка напротив.
— Он так вас любит, вот бы и меня кто-нибудь так пришёл спасать… — подхватила рыженькая подруга.
— Будете следовать моим советам и готовить рыбный жюльен — уверяю тут стены снесут, чтобы вас вызволить, — наставнически подняла вверх палец Эльвира.
Девушки переглянулись и зашептались:
— Машка, ты хорошо рецепт запомнила? Потом запишу с твоих слов.
— Фиг тебе, самой надо было внимательно слушать.
Тем временем Эльвира Георгиевна оглядела девушек, словно командир осматривает бойцов:
— Милые дамы, это не последняя наша встреча. Я вскоре свяжусь с вами и мы приведём наш план в действие. Помните — от нас с вами зависит судьба горожан.
В ответ сидящие напротив вмиг посерьёзнели и утвердительно закивали.
После этого Эльвира ловким движением нырнула в лаз между помещениями, шепнув напоследок:
— Берегите пирожки с смолоду.
Дед Максим тут же закрыл отверстие бетонным куском, лежащим наготове и шепнул:
— Скорее надевай костюм собаки и ложись.
Эльвира Георгиевна посмотрела на уже хорошо знакомый ей невероятно правдоподобный костюм собаки и без лишних вопросов надела его.
Ей было настолько приятно, что дед ради неё пробрался в тюрьму, что впервые за долгое время решилась довериться кому-то. Поэтому без споров, она стала выполнять чужие указания не требуя пояснений.
— У нас есть два пути отсюда, — тихонько сказал Максим Максимович, сидя рядом с лежащей в костюме собаки Эльвире. — Через аварийный маячок в слабый разлом, или…
— Сразу второе. Что бы там ни было, к чудищам в логово я не пойду, — грозно прошипели из костюма собаки.
Дед вздохнул и со словами «так и думал», подошёл к двери.
— Милок, милок, выпусти деда. Не знаю что на меня нашло. Бес попутал наверное, — взмолился он, обращаясь к дежурному. — Всё осознал, голова как в тумане была, перегрелся наверное. Старость она такая ведь, как сумасшедший порой веду себя.
Неожиданно жалобный тон подействовал на полицейского и тот подошёл к камере:
— Проспался дед? Ты и костюм свой дурацкий даже снял, неужто и впрямь полегчало?
— Конечно милок, перегрелся я видимо вот и дурной стал. Выпусти милок, меня же даже не оформили. Я всё осознал и больше не буду.
Дежурный задумался. Жалко ему было старика, у самого дед уже давно плохо соображал и часто вёл себя также неадекватно.
— Ладно, выпущу, но чтобы к нашему отделению больше не приближался, а то подполковник тебя как увидит — нас обоих тут закроет.
— Конечно золотой мой, забуду сюда дорогу как страшный сон. Дай только костюм казённый прихвачу и считай меня уже тут нет.
Подойдя к лежащей в костюме Эльвире, Максим Максимович прошептал:
