— Чёрт с этим котом, — пробормотал я. — Всё равно от него никакого толку. Вряд ли он знает, что полезное. А тратить на него время — себе дороже.
Кот, будто прочитав мои мысли, рыжей стрелой помчался куда-то вглубь здания.
С каждым зачищенным помещением, нехорошее предчувствие становилось всё сильнее.
— Слишком тут всё просто получается, — протянул Головин.
Он видимо подумал о том же, о чём думал я ещё полчаса назад. Ну не может у такого места быть так мало охраны.
И вот, когда мы добрались до конца комплекса и уже отчаялись что-либо обнаружить, в небольшой холл, увеличивающий окончание коридора, вышел солидный мужчина в сопровождении многочисленной вооружённой охраны.
Наши бойцы тут же попытались провести захват, но охраны у вошедшего было так много, что штурмовики просто не смогли добраться до цели.
Поэтому мы так и стояли в двадцати метрах от неизвестного мужчины, разделённые толпой вооруженных до зубов людей.
— Дайте разъяснение, что здесь происходит, — уверенным баритоном потребовал он.
Из отряда штурмовиков вперёд вышел не менее презентабельный мужчина в чёрной форме и полковничьими погонами.
— Антитеррористические мероприятия, — сухо произнёс он. — Вам необходимо незамедлительно сложить оружие и не оказывать сопротивления.
— Ордер, решение суда? У вас есть хоть какие-то документы, оправдывающие ваше нахождение здесь? — спросил первый. — Вы находитесь здесь абсолютно незаконно.
Обе стороны понимали: разойтись так легко не получится и без жертв не обойдётся.
— Пойдемте, — внезапно сказал Головин и встал рядом с командиром штурмовой группы. — В ваш кабинет. Нам есть о чём потолковать.
Я стоял за спинами штурмовиков. Тесный коридор не позволял видеть что происходило впереди. Интуиция била тревогу, но и без неё было понятно, что назревает что-то плохое. Очень плохое. Толпа вооруженных военных в тесном коридоре — стрельбоопасное сочетание.
Надо было действовать и поэтому я собрал последние силы в кулак и активировал свой дар. Пнув Виталика, который опять засмотрелся на происходящие впереди события и перестал усиливать мои способности, я попытался заглянуть в будущее так далеко, как смог.
Выстрелы прогремели повсюду. Пальба из множества огнестрельных орудий слилась в единый гул, заполнивший всё пространство. Я видел как тесный коридор заполняется упавшими телами. Кто-то пытается убежать, спотыкаясь и падая. Кто-то бросился вперёд, пытаясь добраться до главаря сектантов. Но у них ничего не получалось.
— Вы опоздали глупцы! Уже ничего не изменить! — раздался баритон неизвестного мужчины.
А затем он рассмеялся.
Я вернулся в настоящее и крикнул что есть мочи:
— Это ловушка! Его здесь нет!
Головин и полковник обернулись и внезапно посмотрели на меня.
А вот наш оппонент не изменил своих планов и отдал приказ открыть огонь.
Но моё предупреждение сыграло важную роль. Едва раздались первые выстрелы, как пули остановились, не пролетев и метра. В толпе штурмовиков стоял один из людей Царёва-старшего с магнитным посохом. Усовершенствованной моделью того самого посоха, что создавал мощное магнитное поле, буквально останавливающим пули.
Времени, что прошло с момента моего выкрика хватило, чтобы активировать артефакт и это спасло множество жизней.
— Здесь нет артефактной косы. Как и разработанного ими устройства. Они уже вывезли его отсюда, — объяснил я свои слова. — Именно поэтому мы не встретили значительного сопротивления.
— Вы всё равно ничего не измените! — расхохотался мужчина будто демон из фильма ужасов. — Ничего не измените! Великий придёт и очистит этот мир! Мы построим новый, дивный мир и неповторим прошлых ошибок…
Бух! — прилетевший кусок бетонной стены прервал пламенную речь сектанта.
Головин стоял, приложив руку к стене. А в десятке метров впереди из этой же стены торчал созданный им каменный отросток, под которым лежал нокаутированный мужчина.
— Ты знаешь где оружие? — спросил сержант, повернувшись ко мне.
— Уверен, они везут его…
— Прямо к зданию правительства, — закончил командир штурмового отряда. Он держал в руках папку с документами, что до этого находилась у лидера сектантов.
Губернатор города Санкт-Петербурга Александр Дмитриевич Бугров сидел в грязном кузове грузового фургона и желчно улыбался.
Он как раз закончил судьбоносный для себя разговор, который влиял на всё… Губернатор поправил пиджак и набрал полную грудь воздуха.
Ну что же, раз судьба повернулась к нему таким боком, то кто он такой, чтобы вертеть носом. Жизнь политика извилиста и скользка — и не из таких передряг выбирался.
В следующий миг перед ним распахнулись двери фургона и Бугров увидел перед собой скандирующую толпу. Он не был бы собой, если бы его можно было так легко выбить из колеи.
Сделав шаг вперёд, он ступил на асфальт. Оглядел толпу, улыбнулся самодовольной улыбкой и произнёс:
— Ну, здравствуйте, дорогие мои петербуржцы! — обронил он так, будто вышел не из фургона, а из лимузина, и вокруг которого собрались не недоброжелатели, а его фанаты.
