Девушка встала и, с испуганным видом оглядываясь на ухмыляющуюся компанию, подошла к Федору. Тот встал так, чтобы она заслонила его от взглядов мужчин, и засунул руку в сумку, тихо прошептав на ухо: «Не отходи от меня и будь готова зайти мне за спину. Ты поняла, что я тебе говорю?» Затем, нащупав в сумке то, что искал, он сделал шаг вперед и вынул из сумки руку, в которой был пистолет Слона.
– На пол, мордой вниз, руки на затылок! – ровным голосом произнес Федор.
Крачевский вскочил с дивана и открыл было рот, намереваясь что-то сказать, но в тот же момент раздался оглушительный грохот выстрела, и графин с водой, стоящий на столе, разлетелся вдребезги. Где-то захлопали двери, послышались испуганные крики, началась беготня в коридоре.
– Быстро легли, как я сказал! – рявкнул Федор и навел ствол на Крачевского. Тот бледный как полотно дрожа опустился на пол и лег лицом вниз, сцепив руки на затылке. Остальные медленно последовали его примеру. Федор подошел к лежащему коменданту и со всей силы врезал ногой ему по ребрам. Тот взвизгнул от боли.
– Достал одной рукой ключи и кинул в мою сторону. – произнес спокойным ровным голосом Федор. – Вторая рука остается на затылке. Ты меня понял, вождь краснорожих?
Комендант безропотно выполнил его команду. Федор, не отводя взгляда от лежащих мужчин, кивнул головой на ключи, и Марьиванна их тут же подняла. Пятясь задом, он подошел к двери, девушка дрожащими руками ее открыла, и они вышли в коридор, где уже начинали толпиться удивленные люди. Федор незаметно сунул оружие в карман, взял у Марьиванны ключ, спокойно закрыл дверь и, не обращая внимания на удивленные вопросы, раздавшиеся в конце коридора, приобняв Марьиванну за плечи, как ни в чем не бывало спокойным ровным шагом направился к выходу, с трудом сдерживаясь, чтобы не броситься бегом.
Свет слабых фонарей едва освещал улицу, навстречу беглецам попалась компания пошатывающихся мужичков, которые попытались затеять с Федором и Машей какой-то глубокомысленный философский диспут, но молодые люди, не сбавляя темпа, быстро оставили их позади.
– Ну, Федька, ты и артист! Иногда я в твой испуг и сама начинаю верить. Какой талант пропадает! Кстати, куда мы так целенаправленно несемся? Железная дорога же в другой стороне? – запыхавшись, спросила Марьиванна.
– Машуля, про станцию можешь забыть. Тебя теперь искать будут с таким же рвением, как и меня.
– Вот же, блин! И нафига ты вытащил пистолет? От этих уродов можно было спокойно отделаться, дав им немного денег! – громко крикнула Марьиванна.
– Не думаю, – не сбавляя шага, проговорил Федор. – Они бы у нас забрали все, а после этого сдали бы ментам, возможно, поделившись с ними. Ну, а самый худший сценарий, если они, ко всему прочему, решили бы еще и с тобой развлечься до приезда ментов. Как я понял, здесь все устроено даже еще проще, чем в Глуховецке. Я думаю, что Крачевский не сильно преувеличил, когда сказал нам, что он здесь всему хозяин, первый парень на деревне и вся советская власть.
Девушка остановилась и повернулась назад, пытаясь разглядеть, не преследует ли их кто-нибудь.
– Можешь не озираться, – спокойно проговорил Федор. – Эти козлы поняли, что я вооружен и готов стрелять, а подставляться под пули непонятно ради чего они побоятся. Дождутся наряда и будут рассказывать ментам о своей героической, но неудачной попытке задержать матерого вооруженного преступника, – завершил свою мысль Федор.
