– Да как. По дереву, потом спрыгнули. Когда припрет, еще и не туда залезешь! – беззаботно проговорил Федор.
Дед хмыкнул:
– Это верно. Давно говорю начальству, что это дерево спилить надо, а то еще какая шпана вот так же залезет. Все обещают, но никто ничего не делает. А позвонить, парень, не получится. На линии обрыв. Обещают сделать только завтра к вечеру.
– Что же нам делать? Мы целый час от машины до вас плелись. Пытался голосовать, да кто ночью остановит? – запричитал Федор. – А может, мы у вас заночуем? Обузой не будем. А завтра с утра на трассу и к себе автостопом. Кстати, у нас и по пять капель найдется с колбаской свеженькой. Хотел мужикам проставиться, да, видать, не судьба.
При упоминании пяти капель дед оживился и с напускной ворчливостью пробормотал:
– Давай заходи уже, а то я замерз тут на холоде болтать.
Беспородная крупная псина вертелась у его ног и пыталась проскочить в теплое помещение. «Граф, место! Иди в свою будку. Сейчас вынесу тебе чего-нибудь пожрать», – проворчал старик и беззлобно легонько оттолкнул собаку ногой.
Деда звали незамысловато и просто – Леонид Ильич Брежнов. Похоже, что он уже немало натерпелся за свою жизнь различных шуток по этому поводу и сейчас с удовольствием наблюдал за эффектом, который оказывало его имя на незнакомых людей. Убедившись по изумленным лицам гостей, что эффект достигнут, он удовлетворенно хмыкнул и предложил путешественникам располагаться там, где захочется.
Федор огляделся по сторонам. Это было помещение площадью метров тридцать, видимо, ранее служившее небольшим складом. Неровные стены были небрежно покрашены серой краской, из мебели присутствовал офисный стол, два стула, кровать, корейский масляный обогреватель и маленький холодильник «Саратов». В левом углу располагалась полутораметровая стопка матрасов, за которой стояло с десяток разобранных кроватей с панцирной сеткой. В помещении было тепло, пахло мокрой собачьей шерстью, но главное – здесь можно было вполне комфортно переночевать.
Маша порезала колбасу, хлеб, Федор разлил в чайные чашки водку. Чокнувшись, он сделал вид, что пьет, и незаметно выплеснул содержимое чашки в чахлый кактус, стоящий на подоконнике. Старик выпил свою порцию и довольно быстро захмелел. Как Федор и предполагал, его тут же понесло: «Ельцин, Чубайс, Березовский, Коржаков, прихватизация, ваучеры, демократы, обобрали народ, такую страну просрали!»
Слушая старика, Федор с тоской подумал: «Мне бы сейчас ваши проблемы».
Маша, перекусив и сославшись на усталость, залезла на кучу матрасов и тут же уснула.
Еще со школы Федор усвоил одно правило. Если хочешь, чтобы незнакомый собеседник проникся к тебе симпатией, не старайся казаться умным, старайся выглядеть зачарованным тем, что он говорит. Одним словом, умей слушать. Вот и сейчас, слушая старика, он в такт его словам слегка кивал головой, сосредоточенно глядя в пол, как будто получал бесценные ответы на все важнейшие жизненные вопросы. Но мысли его были далеко. Он покосился на стопку матрасов, на которой посапывала девушка, и совершенно не кстати вспомнил ту первую ночь у нее дома. Мягкая улыбка, тихий грудной смех, бесстыдно сброшенный халат, тепло ее тела и неожиданная безумная, яростная страсть, требующая полной и неконтролируемой отдачи.
Неожиданно до Федора донеслись слова, которые заставили его вынырнуть из сладких воспоминаний.
– Мой зять Витька служит прапором в том же летном полку, где и я всю жизнь проработал. Так ты не поверишь, они туда же! Окапитализделись вконец! Пытаются на боевых машинах деньги зарабатывать! Предлагают коммерсантам услуги по авиаперевозкам военным бортом! Дескать, у нас дешевле и быстрее! Даже в местной газете объявление давали. Ты представляешь себе! И это наша армия, которую весь мир боялся! Какое позорище! В былые времена за это к стенке ставили без суда и следствия! И правильно…
– Я чего-то не пойму, а где этот авиаполк? – лениво спросил Федор, разливая водку.
– Сразу видно, что не местный. Где полк? Даже слушать такой вопрос обидно! Раньше каждая собака знала, где полк. Почти все там работали или служили. А теперь… где полк спрашивает. От западного угла, где качели, тропинка прямиком два километра.
– А ваш Витя, он такой среднего роста, темные волосы? – наугад спросил Федор.
– Точно! А ты откуда знаешь? – изумился старик.
– Да он со своим командиром частенько к нам в Валентиновку заезжал раньше. Забыл его фамилию. Он еще спиртягу продавал нашему коменданту.
– Вот же сука, точно он. Это на него похоже! – то ли с гордостью, то ли со злостью буркнул дед. – Соколов Витька.
– Точно! – подхватил Федор. – Только он вряд ли в теме по поводу коммерческих рейсов. Это не его уровень. Что-то сочиняет ваш Витек, Леонид Ильич!
– Что-о-о? Да он всей этой каруселью и руководит. Верткий невозможно. Правда, надо признать, что дочку мою Юльку и внучку до жути любит. Все, как крот, в дом тянет. Да и меня, прямо скажем, не обижает. И уважением, и материально-технически, так сказать, поддерживает. В этом плане он молодец.
