действительно были красивой парой. Когда-то давно. Памятник, стоявший посреди площади
Акрополя, не изображал их лиц – это был лишь камень с надписями, словами благодарности
от людей, которых спасли Тео и Адель. Спасли от рук женщины, которая хотела уничтожить
таких, как я, еще много лет назад.
Следующее фото – семейное. Там не только Адель и Тео, но и их дочь. Маленькая
Сьюзан, судя по подписи на обратной стороне фотографии. Эти снимки умиляют меня и
удивляют. Сейчас почти нигде не встретишь фотографии на бумажных носителях – все стало
электронным. Причем, довольно давно.
- Почему вы расстались?
Поворачиваю голову и натыкаюсь на взгляд Зейна. Его хитрые карие глаза внимательно
рассматривают меня. Я вскидываю бровь и возвращаюсь к просмотру фото.
- Не понимаю, о чем ты.
- Ты его бросила или он тебя? – не унимается Зейн, - Мне просто интересно.
- Слушай, а почему бы тебе не пойти наверх? Разузнать о Рэе. Он ведь тебя так
беспокоит.
- Ты не ответила на вопрос.
Зейн подпирает ладонью подбородок и улыбается. Недовольно выдыхаю, не глядя на
парня. В коробке еще много разных вещей, и мне интересно узнать, как они здесь оказались, но надоедливый взгляд Зейна берет надо мной верх. Я поворачиваюсь и сажусь прямо, напротив него. Зейн все еще улыбается. Он доволен собой. Ну еще бы.
- Что тебе нужно от меня? – спрашиваю я, возмущенно буравя его взглядом. Парень
словно и не замечает моей враждебности. Продолжает сидеть с совершенно невозмутимым
видом, и это каким-то неведомым образом напоминает мне мои отношения с Себастьяном.
Он вел себя так же нагло.
- Я любопытный, - отвечает Зейн, - Это не противозаконно.
- Вообще-то, я хотела побыть одна. Если ты не против.
- Просто ответь на вопрос, и я уйду. Он довольно простой, разве нет? Или тебя что-то
смущает? Не нравится думать о прошлом?
- Отвали.
Зейн хмыкает.
- Значит,
начну говорить, уже не остановлюсь. – Я имею в виду, конечно, я знал тебя в прошлом, и
знал, какой стервой ты можешь быть, но и Себастьян не был ангелом. Однако бросить тебя –
это глупость высшей пробы.
26
4
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
- Ты что, решил таким образом приударить за мной, Зейн? – спрашиваю я, вскидывая
брови. Он улыбается, покачивая головой.
- Ни в коем случае, Александра. Просто говорю факты.
Он заглядывает в коробку, как ни в чем не бывало, и достает оттуда мягкую игрушку.
Это животное, собака, насколько мне известно. Я видела их только на фотографиях. К
сожалению, в нашем столетии их почти не осталось. Зейн теребит уши пса, а затем смотрит
на меня. Его ореховые глаза блестят.
- И все-таки он идиот.
- Прекрати это, ясно? Хорошо, что он тебе не слышит, - усмехаюсь я, отбирая у Зейна
собаку. Он забавно морщит нос.
- Я не боюсь Себастьяна, - говорит он, вставая, - А вот ты боишься даже саму себя.
Боишься той правды, которую хочешь высказать.
Не могу ничего ответить на это заявление, и просто молча провожаю Зейна взглядом.
Он уходит из хранилища, оставляя меня с неким странным осадком на душе. И почему я
ничего не сказала? Ведь он не прав. Я говорю все, что хочу. Особенно Себастьяну. Я никогда
не боялась сказать ему то, что было у меня на душе.
Однако то, что накопилось в сердце за долгие десять лет, все еще являлось тайной.
__________________________2__________________________
(Р)
Задыхаюсь.
Мне нечем дышать и от этого глаза резко распахиваются. Понимаю, осознаю, что лежу
на полу, вся в поту. Холод окутывает мое тело большим мокрым одеялом. Хватаюсь за горло.
Все в порядке. Я больше не там. Не в клетке.
- Реми? – слышу я тихий, но встревоженный голос своего возлюбленного. Джед
подходит ко мне и протягивает руки, чтобы помочь встать. Отказываюсь.
- Все в порядке, - отвечаю я, пожалуй, слишком резко. Он кивает, но взгляда не отводит.
Опускает руки и отходит на несколько коротких шагов назад, позволяя мне подняться самой.
Встаю с пола, не глядя на него.
Не хочу снова чувствовать себя слабой. Даже перед ним. Джед вздыхает, проводя рукой
по волосам.
- Ты кричала.
26
5
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
Его голос звучит одиноко в стенах огромной комнаты. Она почти пуста: кроме старой
кровати и деревянного комода здесь ничего нет. Сажусь и слышу неприятный скрип пружин.
- Кошмары, - говорю я отстраненно, а затем мое лицо утопает в ладонях. Как только я
снова закрываю глаза, перед ними тут же возникают ужасные картины, которые почти
физически передают ту боль, которую я испытала за годы заключения. Кожа начинает
привычно покалывать, и я жмусь, съеживаюсь в маленький комок нервов, из которых состоит
мое измученное тело.
Джед садится рядом.
быть. Он кладет руку в перчатке на мое плечо и легонько сжимает его.
- Ты не должна так думать, - шепчет он мне на ухо. По коже несутся мурашки. Слегка
поворачиваю голову в его сторону и натыкаюсь на острый взгляд темных глаз. Они почти
черные, мглистые.