- Готово, - говорю я, почти гордясь собой. Хоть в чем-то эта способность пригодилась
без вреда для меня и остальных.
Ребята вылезают из бункера, Рэй за ними. Я иду следом, остальные за мной. Внутри все
переворачивается. Глупые эмоции. Когда мы оказываемся снаружи, я готов к драке.
Но драться не с кем.
На улице темно, однако я вижу - внешний дом разрушен. От него остались щепки и
мусор. Неподалеку замечаю Мейсона – он лежит без движения, окровавленный и на вид
совершенно не живой. К нему подбегает одна из девушек, кажется, ее зовут Эллисон. Она
плачет, трясет его, требуя, чтобы он очнулся. Но он не просыпается. Ему мог бы помочь Зейн, но и тот лежит без сознания. Однако когда я подхожу к нему, то замечаю тихое, но довольно
уверенное дыхание. Проверяю пульс – жив.
Встряхиваю его что есть сил. Он еле-еле раскрывает глаза. Они залиты кровью,
стекающей с его головы. Зейн несколько раз быстро моргает. Мои пальцы сжимают ворот его
куртки.
- Где Ксана? – допытываюсь я. Парень кашляет, что-то шепчет, но я не слышу.
Наклоняюсь ниже. Зейн говорит:
- Здесь была Реми. Она…
- Черт!
Зейн сплевывает кровь на землю.
- Она забрала ее с собой.
(К)
Люди думают, что физическая боль намного хуже моральной. Что та боль явственнее, ее
ощущаешь острее, она мучает, заставляя хотеть смерти. Однако это неправда. Моральная
31
4
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
боль может быть в разы чудовищней. Она затрагивает все чувства. Все то, что ты держишь
внутри себя, копишь годами, в один миг становится тем, что тебя убивает. Уничтожает всю
твою сущность.
Кадры ее смерти мелькают перед моими глазами, как слайды. Я зажмуриваюсь, по
щекам стекают горячие слезы. Она умерла по моей вине.
Первое чувство, которое убивает тебя – вина. Огромная, поглощающая, накрывающая
тебя с головой. Она грызет тебя, пробираясь все дальше, с каждой секундой делая тебя
слабее. Превращает тебя в беспомощную, уязвимую и ничтожную девчонку.
- Зачем ты сделала это? – спрашиваю я в тишину комнаты. Она темная, ни лучика света, однако я знаю, что Ремелин здесь. Я чувствую ее присутствие.
- Чтобы тебе было больно, - просто отвечает она. Ее ледяной, пустой голос эхом
отлетает от стен. Затем я слышу тихие приближающиеся шаги. Напротив меня стоит стул, я
вижу его очертания. Когда я прищуриваюсь, чтобы разглядеть хоть что-то, зажигается свет.
Морщусь, хочу прикрыть глаза рукой, однако она привязана к спинке стула, как и другая
рука. Закрываю глаза, а затем медленно открываю их, постепенно привыкая к яркому свету
люминесцентной лампочки.
Наконец, вижу сестру.
Она снова сменила одежду. Теперь на ней тонкое цветное платье и черный жакет.
Волосы распущены в безумном беспорядке. Ремелин спокойно присаживается на стул,
закидывает ногу на ногу и принимается внимательно изучать меня.
Сейчас, единственное, чего я хочу, так это ударить ее. Сделать ей больно в ответ. Но не
могу. Очевидно, все мои силы чудесным образом испарились на неопределенный срок.
Дергаю веревки, связывающие руки. Тщетно. Слишком туго.
Наверняка их вязал этот чокнутый маньяк.
- У тебя получилось, - шепчу я, силясь не разрыдаться снова. Только не при ней. Не
стану. – Ты убила человека, который был мне дорог. Довольна собой?
Реми молчит. На ее лице не дергается ни один мускул, и мне на секунду кажется, что
она неживая. Просто красивая статуэтка посреди комнаты. Затем она вздыхает.
- Ты наверняка думаешь, что я жажду мести, - говорит Реми, разглядывая свои ногти, -
Это не так. По большей части мне наплевать на то, что случится с тобой. Ты источник
нужных мне знаний, Ксана. Только и всего.
Меня это злит. На самом деле просто бесит. Она убила мою подругу, а ведет себя так, словно это просто светская беседа.
- Говорят, что, если долго жить с одним и тем же человеком, становишься на него похож,
- цежу я сквозь зубы, пристально глядя на сестру, - Что ж, ты по праву подтверждаешь этот
факт. Ты очень похожа на Джеда. Жестокая, беспощадная. Ты не была такой, Реми. Что с
тобой стало?
Сестра, наконец, смотрит на меня. Ее некогда нежные и красивые зеленые глаза
становятся алыми. В них мерцает яркая искра, а затем так же быстро исчезает. Одно
31
5
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
движение ее пальцев, и я сплевываю кровь себе под ноги. Меня рвет, становится нечем
дышать, потому что все пространство рта и горла заполняет кровь. Когда эта пытка
заканчивается, Реми кривит голову вбок.
- Спроси у мамочки, - говорит она холодно. Снова сплевываю и поднимаю на нее
взгляд. Ремелин не злится. Или, по крайней мере, мне так не кажется. Я могу ошибаться, ибо
не чувствую ее эмоций. Гляжу на нее, не отрываясь. Хочу пробудить в сестре хоть какие-то
чувства.
Хоть что-то.
Она непоколебима, нерушима, пуста. Что с ней? Неужели человек способен так сильно
измениться? Неужели моя милая сестренка Реми стала чудовищем? Это то, что я вижу. И это
правда. Мне не хочется верить в то, что вина за ее трансформацию лежит на мне. Или на
нашей матери.
С трудом держу голову на плечах. Словно она чугунная.
