- Ты ничего обо мне не знаешь. Уходи. Я сама завершу вахту.
Слышу и почти вижу его насмешливую улыбку. Вот он, настоящий Себастьян Нойр. Это
тот парень, которого я знаю, как свои пять пальцев.
- Я, кажется, придумал, что хочу, Кис-Кис. В уплату долга.
Столбенею. Вот черт, а я ведь совсем забыла про это.
Себастьян обходит меня и встает напротив, наклоняется, и его лицо оказывается
буквально на расстоянии вытянутой ладони от моего. Он красивый. Я только сейчас начинаю
вспоминать те моменты, когда мы были вместе. Почему я никогда не замечала, насколько же
75
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
он красив? По коже несутся мурашки. Он берет меня за подбородок и медленно
приподнимает его, чтобы мы могли смотреть друг другу в глаза. В его синеве что-то
мелькает. Что-то темное, манящее, знакомое.
- Нет, - шепчу я, будто какая-то глупая малолетняя девица, с придыханием, - Этого не
будет.
- Почему?
Голос Бастьяна становится тяжелым, густым, и заполняет весь мой слух. В этот момент
меня почему-то не волнуют ни новые ребята, ни проблемы с сестрой и матерью.
Единственное, что я вижу – это его глаза, поглощающие меня. Убивающие во мне Ксану.
Теперь я чувствую себя семнадцатилетней девочкой Александрой, которая без прелюдий и
разговоров когда-то упала в объятия богатого избалованного мальчика Себастьяна Нойра. И
мне вдруг становится тошно от одной лишь мысли, что я повторю свою ошибку.
Он сделал мне больно.
И я не намереваюсь потакать ему в этом снова.
- Все, что было между нами...теперь в прошлом, - шепчу я, отстраняясь от него.
Себастьян тяжело дышит, не отрывает от меня глаз.
- И нет шанса вернуть все обратно?
Его голос почти неслышен, так тихо он это произносит. Я не знаю, что ответить.
Смотрю в его бесконечно голубые глаза, и изо рта хочет вырваться такая простая фраза, однако я не буду говорить ее. Нам не быть вместе. Я это знаю, чувствую, предугадываю.
- Тебе просто нужно забыть обо мне, - говорю я в итоге, - Навсегда.
Он усмехается.
- Думаешь, я не пытался?
На меня начинает накатывать волна боли. Сердце бьется рвано, заторможено, будто
умирает. Я не хочу переживать события десятилетней давности заново. Мне это не нужно.
Поэтому без зазрений совести отрезаю:
- Так попытайся снова.
Встаю и буквально со всех ног убегаю прочь из комнаты видеонаблюдения, потому что
больше не могу сдерживать слез.
__________________________________________________________________________
Наступает вечер.
Я все еще сижу в своем блоке, одна, размышляя о том, что почти произошло между
мной и Нойром. Мне с самого начала было ясно, чего он хочет. И теперь это подтвердилось.
Его желанием будет…ночь со мной. Понятно без слов.
76
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
Хочется пойти к нему и разбить, как минимум, нос. А может, и что-то посерьезнее.
Однако я этого не делаю. Выхожу из комнаты и иду в общую гостиную. Обстановка
пока спокойная, никаких выпадов со стороны новичков не было, поэтому ребята просто
отдыхают, знакомятся. Я же пытаюсь придумать причину, почему все так хорошо?
Этому просто нет объяснения.
Когда все хорошо – значит, скоро станет очень плохо. Это закон.
Мирно сижу в кресле, напротив камина, и читаю книгу, которую нашла в той комнате, что посоветовал Морт. Этот парень, кстати, больше не вызывает у меня сомнений. Можно
сказать, ему я уже доверяю. Сейчас он сидит с Монро. Они болтают, и я замечаю, как между
ними летают искорки флирта. Ребята явно симпатичны друг другу. Радуюсь за них, потому
что Монро заслужила хорошего парня. Она давно хотела себе принца.
Краем глаза наблюдаю за вновь прибывшими. Они ведут себя, как «отличные ребята».
Питер, тот мальчик, что не обладает способностями, общается с Китом, они говорят о чем-то
с улыбками, будто обсуждают какой-то приятный случай. Рыженькая девица повсюду ходит
за блондинкой, а та за своим парнем – Адамом. Его сестры нет поблизости, и я вспоминаю
строки из досье – «
случится, если один из них умрет?
- Не доверяешь нам, - вдруг раздается голос над моей головой. Оборачиваюсь и смотрю
в ореховые глаза Посейдона. То есть, Зейна. Он присаживается рядом, берет со столика пачку
печенья и достает одно, затем отправляет его себе в рот. Гляжу на него с прищуром, хотя
совсем недавно не хотела так явно показывать свою неприязнь. Он криво улыбается.
- Не доверяю, - говорю я без лицемерия, - Особенно тебе.
- Ох, какая честь, - отвечает Зейн, - Наверное, у меня особое положение? Интересно, почему.
Он так спокойно жует печенье, что меня это раздражает. Еще один невозмутимый
мерзавец. Их становится слишком много. Остались ли хорошие парни среди Инсолитусов и
людей?
- Ты мне не нравишься, - отрезаю я.
- Правда? Почему? Я вроде как обычно нравился девушкам. Ну, до того, как сел в
тюрьму, естественно. Хотя, и там я был нарасхват. Шрамы, знаешь ли, придают
