У обращенной к планете стороны станции имелось несколько широких панорамных окон, словно это не космическая станция, а высококлассный отель. Через стекло за моим приближением с тревогой наблюдали работники станции, уже облачённые в защитные костюмы, а над их головами мигала красным светом тревожная лампа. Не хватало только звука сирены, но у нас тут не Звёздные Войны.
— Ты что-то задумал? — спросил Дони, когда я помахал рукой, вздрогнувшим от этого космонавтам.
Я потыкал пальцем в сторону шлюза и жестами показал, что хочу, чтобы они меня впустили.
Флаксанцы опешили, а один из, стоявший ближе всех к окну, видимо капитан, помахал отрицательно головой. Даже отсюда я видел, что его зелёную рожу покрывает испарина холодного пота.
Страшно.
И я его, чёрт подери, понимаю. Сам бы наделал в скафандр, если бы к нам во время работы на Новой Заре постучалось в иллюминатор такое чудо — без скафандра, в рваном тряпье и крови и только что голыми руками демонтировавшее МКС. И всё же мне нужно внутрь и желательно при этом не разгерметизировать станцию.
Я оглянулся, обхватил здоровой рукой кусок конструкции, на которой держалось ближайшее зеркало, и спокойно, не спеша, перекрошил в порошок прочнейший материал — других в космосе не бывает. После чего снова указал на закрытый шлюз.
Сообщение дошло до адресата и, поняв, что выбора у них всё равно нет, ведь, так или иначе, но я попаду внутрь, капитан с обречённой рожей приказал своим подчинённым открыть мне двери.
Как же всё-таки приятно иметь кого на своей стороне в этом враждебном мире. Даже если этот кто-то отчленённая от тела и к тому же болтающая без умолку голова киборга. Тем более даже в таком состоянии от неё — головы — пользы было больше, чем от полноценного лидера Защитников Земли… и по совместительству самого прославленного из Американских президентов — до сих пор не могу поверить, насколько бесполезным говнистым ублюдком оказался Авраам Линкольн!
Что же касается Дони. Во-первых, за те шесть месяцев, что киборг провёл в этом измерении, он успел худо-бедно освоить флаксанский язык. Лишь благодаря его помощи я смог частично преодолеть языковой барьер. А во-вторых, он был на ты с местной электроникой, и даже смог, при помощи пары вывалившихся изо рта манипуляторов и какой-то матери, подключиться к ней напрямую, словно криповая флешка. Без Дональда мне, скорее всего пришлось бы просто переломать большую часть управляющего оборудования на этой станции, чтобы гарантировать невозможность наведения на меня орбитального удара.
А так мне оставалось лишь смотреть как работает мой нежданный помощник и чесать свой зудящий глаз через веко.
Только оказавшись в относительно спокойной обстановке, где никто не пытается меня убить, я заметил, что все импровизированные шины, которыми была прикручена к обрубку моя отрубленная кисть сгорели в том пламени. Однако… рука всё ещё на месте, держится сама по себе! Я всё ещё ничего не чувствую, да и внешних следов заживления не видать, но это ведь хороший знак. Возможно, мне не придётся навсегда оставаться одноруким, я ведь не пират, всё-таки, и даже не бандит…
Торчащие из пасти провода не мешали киборгу говорить — в конце концов, у него даже гортани нет, очевидно, что звуки производятся динамиком в его рту — и по ходу дела он пересказал мне то, что успел узнать о ситуации в этом мире.
О том, что данная планета не особо богата ресурсами я уже и сам догадался. В прошлом она пережила немало глобальных катастроф, начиная с мелочей, вроде десятка ядерных войн между её коренными обитателями и заканчивая крупным галактическим событием — сейчас уже невозможно понять, что именно это было — выбросившим звезду в межгалактическое пространство. А несколько миллионов лет назад в ходе остывания и затвердевания ядра планеты начал затухать механизм магнитного динамо, поддерживающий магнитное поле, к тому же само вращение планеты вокруг своей оси тоже замедлялось, вследствие чего выживанию флаксанцев стала угрожать их собственная звезда. Ослабленное из-за остывания ядра магнитное поле, утекающая в космос атмосфера, усиливающийся приливный захват и избыток излучения от звезды — казалось, что планета уже обречена.
И звёздный щит, который мы в данный момент частично выводили из строя оказался лучшим решением всех этих проблем. Будь дело только лишь в магнитном поле, спасти планету могли бы соленоиды или кольцо ионизированных частиц, которые можно было бы запускать в космос со спутников. Но что делать с приливным захватом? Если не перераспределять излучение на тёмную сторону, зона обитаемости на планете сузится до узкой полосы вдоль терминатора. В конце концов флаксанцы создали это инженерное чудо, которое не только решило все перечисленные проблемы, но и стало квазибесконечным источником энергии для планеты.
