— Дай руку и закрой лицо, прокачу с ветерком. — Поколебавшись лишь секунду, Ева выполнила мои указания, после чего я быстро но плавно — чтобы не навредить девушке — начал ускоряться, держа направление в сторону большого яблока.
Примечание:
* На самом деле было бы логично, если бы как раз Брит был невосприимчив к способностям Евы, но события комиксов говорят нам о том, что на него всё же можно воздействовать. 1. Что-то вроде телепатии, когда его вывели из строя мозговой пушкой. 2. Та самая технокуртка, которая сливалась с его телом.
— Какого хуя тут… — опешил я, увидев до омерзения знакомые черты вторженцев.
Белая-синяя однотипная военная форма — что-то среднее между бронежилетом и скафандром — отвратительные зелёные рожи с отростками типа усиков на лысых черепах, мощное лазерное оружие и абсолютная беспощадность ко всему. Твари расстреливали всех без исключения, не только тех, кто противостоял им, но и мирных жителей, в панике бегущих прочь от войны. Не делали исключения ни для кого, ни для женщин, ни для стариков, ни даже для детей.
— Какой кошмар, — вторила мне Ева, развеивая структуру, защищавшую её от слишком сильного сопротивления воздуха при полёте, чтобы напрямую увидеть разрушения, настигшие крупнейший мегаполис страны.
Да, страдания города и его жителей, не успевших эвакуироваться, и правда были ужасны, но я имел в виду другое. Эти, как выразился Стэдман зелёные ублюдки, были хорошо мне знакомы — это же грёбаные флаксаны. Я уже отражал их вторжение в своём родном мире. Но ещё ведь слишком рано! Это должно было случиться намного позже, я собирался подготовиться к вторжению, заручиться поддержкой героев и предотвратить все эти смерти… Блядь! Какого хуя, они припёрлись так рано?!
И их чертовски много. Они словно мегаколония огненных муравьёв расползлись уже по всему городу и открыли не один, а множество порталов. В прошлый раз мы с отцом наткнулись на них в самом начале вторжения и не позволили зелёной чуме толком разбушеваться. Можно сказать, что в тот раз всё обошлось довольно легко, погибшие были, но не слишком много.
— Марк, сзади! — вскрикнула испуганно Ева, совершенно забыв про уговор называть меня по прозвищу в таких ситуациях.
Оглянувшись, я увидел, что к нам приближается тройка летательных аппаратов — флаксанские истребители — и первый из них уже открыл огонь из лазерных пушек на носу своего корабля, даже отсюда я мог видеть перекошенную в азартном оскале рожу пилота через куполообразное стекло.
Ева успела поставить щит, который с честью выдержал этот залп, но при этом покрылся сетью трещин.
Вот и первый пациент. Сейчас я устрою вам, твари, День Независимости.
Вылетев из-под щита, я рванул наперерез первому аппарату, тот вильнул испуганно вбок, но не смог избежать столкновения. Я даже успел насладиться скривившемся в недоумении и страхе выражением пилота, прежде чем, схватив корабль за крыло, ударить им в другой аппарат.
Может их техника и лучше земной, но для меня они всё ещё не прочнее картона!
Третьего накрыла огнём розовых снарядов Ева, и тот, поджав хвост — фигурально естественно — убежал прочь, дымя двигателями, поняв, что эти противники ему не по зубам.
— Что же нам делать? — беспомощно спросила Ева, подлетая ко мне.
Только сейчас я заметил, что один из выстрелов таки попал мне в руку, подпалив рукав костюма.
— Для начала не убирай защиту вокруг себя. Если такой лазер, — я показал ей свою невредимую руку. — Попадёт в тебя…
В этот момент на глаза мне попался отряд зелёных ублюдков, которые выгоняли из торгового центра с покосившейся светодиодной вывеской колонну людей. Сперва я подумал было, что они собираются их расстрелять, как и всех остальных, но потом заметил, что на некоторых людях уже были оковы и ошейники. И гонят они их к порталу в своё измерение, что виднелся в конце квартала.
— Твари ебаные… — непроизвольно зарычал я и, не закончив фразу, ринулся освобождать сородичей от ужасной судьбы.
Один из конвоиров заметил неладное и даже успел поднять тревогу, задрав в верх ствол своего внушительного оружия — своим дизайном напомнившего мне пушку Гаусса из одной хорошей игры — и сделать поспешный выстрел в молоко. Это было последнее действие в его жизни, так как в следующее мгновение неудачливого рабовладельца раскидало по тротуару кучей кровавых ошмётков. Но на этом я не успокоился, вместо этого не останавливаясь промчался через так удобно выстроившихся в ряд конвоиров, буквально разрывая их на куски. Моё первое… первые убийства в этой жизни… чувствую только гнев и нежелание останавливаться.
Понимая, что в меня начнут стрелять все остальные ублюдки, я отлетел подальше от пленников, чтобы их ненароком не задели огнём, но эта предосторожность оказалась излишней. Обернувшись назад, я увидел, что Ева уже прикрыла людей розовым куполом, вклинившись между ними и пришельцами. Умная девочка, остальное я возьму на себя.
