История Дениса служит хорошей иллюстрацией сказанного. В первых беседах с ним отчётливо прослеживаются проявления диссимуляции. Денис отрицает наличие основных симптомов шизофрении — галлюцинаций, измененного восприятия, расщепления, и тщательно скрывает свои бредовые убеждения. Несмотря на то, что пациент, в общем, настроен довольно доброжелательно по отношению к психиатру (что, кстати, встречается нечасто), он явно не намерен рассказывать об истинных причинах своего состояния. Его цель ограничивается лишь избавлением от страха. Однако ряд оговорок и случайных фраз, оброненных пациентом, и подкреплённых в дальнейшем результатами бесед с близкими больного, позволяют психиатру предположить наличие у больного развернутой бредовой системы и выраженных галлюцинаций. Тем не менее, понимая, что грубое вторжение в сложный и противоречивый мир больного шизофренией способно лишь усилить естественное при этом заболевании недоверие, оттолкнуть пациента, заставить его ещё глубже спрятать болезненные переживания, врач не торопится любой ценой «вытянуть» у Дениса подробности его истинных переживаний. Первые беседы с пациентом были направлены прежде всего на установление искреннего доверия, создание нормальных межличностных отношений. Психиатр понимал, что в данном случае нельзя ограничиться поверхностным, симптоматическим лечением, устранив лишь симптомы страха, и оставив больного один на один с тягостными и болезненными бредовыми и галлюцинаторными переживаниями. Если бы врач поступил именно так, болезнь ушла бы «вглубь», продолжая быстро прогрессировать, и её исход мог быть весьма неблагоприятным для Дениса. Оставленный один на один с несущим угрозу, подавляющим его миром болезни, пациент, как правило, обречен. Поэтому усилия врача, направленные на установление контакта с больным, всегда оправданны, всегда необходимы, и время, затраченное на выполнение этой сложной, но крайне важной задачи, окупится сторицей высокой эффективностью лечения.
В описываемом нами случае на установление полноценного доверительного контакта с пациентом также потребовалось некоторое время. Однако впоследствии, когда Денис убедился, что истинная цель врача — помочь ему в преодолении тягостных и опасных симптомов заболевания, он постепенно стал доверять психиатру всё более и более скрытые, глубинные переживания. В результате перед нами открылась масштабная картина патологического мира — с множеством действующих лиц, столь же удивительных, сколь и необычных, с острейшими и драматическими событиями, удивительными превращениями и поразительными, находящимися за гранью обычного понимания, представлениями. Эту картину сегодня мы можем представить читателю. Сам Денис, ознакомившись с этими записями, согласился с их публикацией, высказав при этом несколько ценных замечаний, которые мы учли. Он также предложил нам свою собственную оригинальную теорию шизофрении, которую мы с удовольствием представим читателю в главе, посвящённой причинам этого заболевания.
А сейчас вернемся к первому дню пребывания Дениса в больнице.
Денис:
«Нервное истощение? Психический срыв? Депрессия? Меньше всего меня волнует, как это называется. У меня просто на душе плохо, понимаете?..
Я знаю, вы хотите помочь мне. Но, честно говоря, сомневаюсь, что это возможно. Думаю, никто не может помочь мне. Был один человек, он, наверно, смог бы. Но его нет...
Вы спрашиваете, почему я здесь? Я не знаю, как лучше объяснить... В общем, так совпали обстоятельства... Наверно, это было неизбежно. В общем, я думаю, что рано или поздно я всё равно попал бы сюда.
Знаете, вы первый человек, который захотел выслушать меня. Я вижу в ваших глазах доверие. Я столько раз пытался рассказать людям о том, что знаю, но мне никто не верил! Понимаете, никто! Меня начинали успокаивать, говорили, что я всё выдумал, что это нервное, что всё пройдёт... Ничего не прошло! Я просто перестал доверять людям. Я понял, что нельзя объяснить человеку то, чего он не способен понять. Это всё равно, что втолковывать неразумному младенцу теорию относительности. И тогда я замкнулся в себе... Интроверсия, так, кажется, это называется у психологов? Знаете, я в последнее время стал интересоваться психологией. Я вообще-то технарь, никакого отношения к психологии не имею, просто мне очень хотелось понять — правда ли то, что со мной случилось, бывает ли такое на самом деле, или это просто игра воображения? К сожалению, я не нашёл ответа в психологии. Зато я нашёл его в другом месте. Но это отдельная тема...
