— обеспечить своевременным и качественным лечением. Врач-психиатр наряду с назначением медикаментов даст рекомендации: как вести себя с больным, как обеспечить налаживание нормальных отношений с ним, как помочь ему адаптироваться в обществе, в семье, в коллективе. Это
— непременное условие полноценной жизни больного шизофренией.
Однако вернемся к нашему пациенту. Сейчас Денис спокойно спит в своей палате. Высочайшее нервное напряжение последних дней сказалось на его состоянии. Денис не спал более трёх суток. Его нервная система истощена до предела. Следует заметить, что подобное состояние крайне опасно для пациента. На фоне глубокого истощения даже у молодых людей может развиться острая сердечная недостаточность, которая заканчивается смертельным исходом. Поэтому пока Денис спал, его осмотрели врач-реаниматолог и терапевт. Оба пришли к выводу, что жизнь Дениса вне опасности, и он может принимать необходимое ему психиатрическое лечение. После трёхдневной бессонницы и истощающих переживаний Денис проспал в общей сложности почти двадцать шесть часов, поэтому позавчерашний день ему кажется вчерашним. В остальном же состояние его остается достаточно неопределенным. Применение мощных быстродействующих антипсихотических препаратов позволило снять симптомы страха, однако для полноценного лечения этого недостаточно. Наступает чрезвычайно ответственный, можно сказать, переломный, момент. Психиатр должен выработать полноценную стратегию и тактику лечения. А для этого необходимо знать особенности течения заболевания у данного пациента. Во время второй беседы психиатр ставит цель заручиться доверием Дениса и попытаться выяснить максимально подробно, какие из симптомов присутствуют в клинической картине данного заболевания.
Итак, перед нами второй (а точнее, третий) день пребывания Дениса в стационаре.
Денис:
Что я буду делать, когда выйду отсюда? О-о-о, у меня большие планы. Мне надо очень много успеть! Странно, почему вы не спрашиваете, чем именно я собираюсь заниматься? Что бы я ответил, если бы вы спросили? Хм.... Ловко вы вывернулись. Вроде бы и задали вопрос, а в то же время и нет. Что ж, с вами приятно иметь дело. Вы уверены, что я всё равно не сказал бы вам правду? Снова верно, ещё очко в вашу пользу. Я предполагал, что психиатры натасканы в общении с людьми, и умеют вытягивать нужные сведения, но учтите — со мной этот номер не пройдёт. Что? Как я думаю, зачем вам нужно знать про мои переживания? Странный вопрос. .. Я об этом как-то не думал... Ну, наверно, вы хотите помочь мне. Но вы будете помогать мне своими методами. А они для меня не годятся. Откуда я знаю? О чем — знаю? Снова вопрос-ловушка? Вы хотите, чтобы я проговорился! Эти ваши психиатрические штучки, конечно, впечатляют, но не меня. Поэтому я отвечу так же расплывчато: догадываюсь.
Что вы ещё хотите спросить? Действовали ли вы против моей воли до этого момента? Нет. Я сам просил вас о помощи, и я её получил. Пытались ли вы навязать мне своё мнение? Тоже нет. Согласен, до сих пор вы действовали только в моих интересах и с моего разрешения. Так почему же я уверен, что сейчас вы будете действовать против меня? Хм... Ловко вы завернули. Ну что же, тогда я вас тоже кое о чем спрошу. Только вы должны будете ответить честно. Договор ились?..
Вы считаете меня психически больным? Вы обещали ответить честно.
Хорошо, давайте по пунктам.