— Успокойтесь лир Салхана, откуда мне было знать, что все так обернется, — прозвучал недовольный голос Максимиана.
— Успокоится?! — снова взвился лекарь. — Да вы чуть не угробили ее!
— Не кричите, — еще тяжелее сказал инквизитор.
Вот тут Марина была полностью с ним согласна. Голова была тяжелой, а крики рядом с ней улучшению самочувствия никак не способствовали.
Коннер видимо напрочь отключил чувство собственного самосохранения и продолжал наезжать на главного инквизитора империи.
— Я же вам сообщил про резко выросший уровень магии! Настолько выросший, что фамильяр потребовался, потому что каналы лиры с такой силой сами бы не справились. У них с муррином, связь еще не установилась, а вы их отправили к агалдуру заглушившим и без того слабую привязку между ними.
Ага, значит эти двое уже успели пообщаться между собой о ней, причем случилось это не сегодня, а куда раньше. Ясно. Понятно.
— Я повторяю лир Салхана, — сказал Макс таким тоном, что даже Марина поежилась, — никто не мог знать, что подобное случится. Вас в таком случае тоже можно обвинить в халатности, потому что не предупредили о подобной опасности.
Коннер задохнулся воздухом, но быстро взял себя в руки и продолжил спорить:
— Как будто агалдур у нас в любом магазине продается в свободном доступе, чтобы мне следовало предупреждать держаться от него подальше! Вы сами знаете, что так просто этот камень не достать. Откуда я мог знать…
— Тише, — хрипло сказала Марина.
Ну правда достали спорить на повышенных тонах и ладно бы в другой комнате, так ведь рядом с ней.
— Лира! — обрадовался лекарь и тут же подскочил к ней. — Как вы себя чувствуете?
— Сносно. Слабость только, голова болит и пить охота.
Рядом с ней тут же оказался стакан воды, причем сладкой, видимо местную глюкозу добавили, и Марина с радостью его осушила.
Откинувшись обратно на жесткую подушку кушетки в приемной Марина с облегчением выдохнула.
— Спасибо вам, лир Коннер. Я в целом успела услышать и понять, что именно произошло. Агалдур блокирует не только магию, но и связь с фамильяром, вот только ведь сама магия никуда не девается. И моя, оказавшись без ограничений стала выжигать меня. Кстати, а что произошло, когда я отключилась?
— Кожа побледнела и на ней выступили красные лихорадочные пятна, дыхание стало частым и прерывистым, — ответил Максимиан. — Я подхватил вас на руки и побежал в сторону повозки, чтобы доставить в город, и на вас запрыгнула Иса. Я ее сначала согнать хотел, но когда мы вышли за пределы действия агалдура, вы сделали судорожный вдох и дальше задышали спокойнее, тогда я и понял в чем было дело. Рисковать я все же не стал и отвез вас к… — он бросил быстрый режущий взгляд на Коннера, — вашему личному лекарю. Лир Салхана подлечил вас и обеспечил артефактом.
Марина подняла руку к шее и действительно обнаружила знакомый медальон на шнурке.
— Неделю не снимать! — строго произнес Коннер, назидательно выставив палец вверх, а после указал им почему-то на Ису, а не на Марину: — Тесный контакт! Чем теснее, тем лучше, вот как сейчас. Дальше двух метров лучше вообще не отходить, рекомендации по питанию сейчас выдам, проследи, чтобы вовремя есть не забывала. Микстуру сейчас дам, принимать один раз в день в это же время по десять капель на стакан, пока пузырек не кончится. Все запомнила?
Иса лишь согласно моргнула глазами, не прекращая наминать ее лапками и урчать.
Кошке зачитывают врачебные рекомендации для нее, просто шик. Сама Марина видимо доверия уже не внушает и заботу о ней переложили на Ису.
— В прошлый раз артефакт действовал всего день, — не удержалась от шпильки Марина.
— В прошлый раз он выдавался вам за счет бюджетных средств империи, а в этот раз вам оплачен улучшенный средствами нашего многоуважаемого инквизитора, — ответил Коннер.
Марина перевела взгляд на мужчину и слабо улыбнулась:
— Спасибо.
— Не за что, лира, — ответил инквизитор и слегка поджал губы. — Могу я узнать, что еще вы подметили из нашего разговора?
— То, что вы наводили обо мне справки лир Максимиан, — безмятежно улыбнулась Марина.
— Прошу не обижайтесь на меня и не злитесь, — еще сильнее помрачнел он. — Мне нужно было знать кому я вверяю подобный объект.
— Я все понимаю, — вяло махнула она рукой. — У всех своя профдеформация.
— Что это? — заинтересовался он, склонив голову набок.
— Это когда, например, сто… — Марина чуть не сказала «стоматолог», но быстро нашлась: — столяр смотрит на то, как выполнена чужая мебель, швея на крой и ткань одежды окружающих, а лекарь оценивает цвет лица прохожего, и все это происходит неосознанно. Вы вот наводите справки обо всех.
— Ясно, — улыбнулся Макс, и она улыбнулась в ответ.
— Так, лира, вам помимо всего прочего еще нужно сесть на диету, — влез Коннер.
