— А чем писать? Пальцем? — спросила Марина.
— Нет, — усмехнулся он так, будто она абориген, впервые увидевший ножницы.
Эх, инквизитор, знал бы ты правду…
Однако ущемлять мужчину, выпячивая свою осведомленность и уж тем более говорить о том, что подобные вещицы в ее мире прошлый век Марина не собиралась. Как и рассказывать возможности сенсорного экрана, которые человеку этого мира она все равно не объяснит, даже если бы разбиралась в этом.
Хочет он игрушкой похвастаться — пусть хвастается, а Марина будет удивляться и восторгаться. К тому же ей действительно было интересно.
Макс подцепил угол ногтем с той стороны, где были кристаллы, и сбоку отделилась тонкая палочка.
— Это стилус. Нужно писать им, а когда закончите дать импульс по кристаллу того, кому хотите написать.
Точно двойник делал. Теперь Марина в этом окончательно убедилась, услышав слово «стилус».
— Можете попробовать и написать что-нибудь Георгу, — улыбнулся Макс.
Она с радостью забрала у того стилус и написала:
«Георг, шляпы с широкими полями вам абсолютно не идут».
Поднесла серый экран поближе и увидела еле заметные ячейки, да и сам текст вблизи больше напоминал магнитную доску для детей, только улучшенной версии. Поставила стилус на средний кристалл и дала легкий импульс. Текст быстро стал стираться сплошной полосой сверху вниз. Удивительно.
Она крутила вещицу в руках сдвигая и задвигая крышку и старалась не усмехаться над «магофоном». Додумался же кто-то до такого названия.
Вдруг вещица завибрировала, причем грубо и жестко, как на старых кнопочных телефонах, никакой там мягкой вибрации как у современных. Марина уже хотела сдвинуть крышку, как Макс положил сверху свою руку:
— Позвольте я сначала проверю, вдруг это для меня послание.
— Да, конечно, — она без вопросов отдала магофон ему.
Проверив послание, Макс усмехнулся и молча протянул ей.
«Зато вы, Мариэль, всегда прекрасны и неотразимы».
Текст был написан от руки, но оно и неудивительно, видимо и ее послание пришло ему в том же виде. Эх, надо было рожицу еще подрисовать. Открыла бы им смайлы.
Она вернула магофон владельцу и Максимиан снова как-то замялся, и быстро произнес:
— В общем это письмо из магофона мне пришло, и вы его почувствовали, когда мы… там… стояли.
— Понятно, — изо всех сил сдерживая улыбку ответила Марина.
То есть он всю эту демонстрацию и презентацию местного телефона затеял лишь для того, чтобы она не подумала, что у него рядом с ней что-то там в штанах вибрирует?
Это было мило.
Она еще некоторое время понаблюдала за сконфуженным инквизитором, все-таки не часто подобное зрелище можно лицезреть, но не став его мучить дольше, сказала:
— Очень интересный артефакт. Могу ли я узнать кто его изобрел? Или он работает только на ваш департамент и это секретная информация?
— Что вы, никакой секретности, — улыбнулся Макс. — Это работа Юлиана Клиффорда. Талантливый парень, далеко пойдет. Думаю, заманить его к нам в отдел разработок, пока остальные не разглядели этот самородок.
— Разумное решение, инквизитор, — согласилась с ним Марина.
А ей самой нужно в срочном порядке написать этому Юлиану и окончательно убедится в догадках. И разузнать все про то, есть ли в этом мире акции или их замена, чтобы финансово поддержать подобное начинание, а заодно и обогатиться в будущем. Марина то знает, к чему со временем приведет это изобретение и грех не воспользоваться этим знанием.
Эх, похоже большая часть ее гонорара с тюрьмы уйдет на покупку акций, но оно того стоит.
— Как у вас продвигаются дела с проектом? — спросил Макс.
— Хорошо. Скорее всего через неделю уже можем возводить подземный этаж. Нужно только дождаться результатов от Силаниса и можем начинать строительство, — она немного замялась, но раз уж Макс в курсе, стоит пояснить: — Я сказала вам три недели с запасом. Все еще не могу привыкнуть к тому, что если что-то пойдет не так, то можно магией все быстро подвинуть, а это значительно упрощает работу всех.
Максимиан подошел ближе, вторгаясь в ее личное пространство, а после и вовсе приобнял за плечо и склонившись, прошептал на ухо:
— Когда через неделю будете выходить на стройку помните о том, что мы обсуждали до этого. Вы должны меня соблазнять, а я соблазняться. Мне нужно время чтобы выяснить и вычислить тех, кто вам угрожал, а для этого придется пока делать вид, что все идет по их плану.
— Но ведь неделя еще не прошла, зачем вы меня сейчас обнимаете? — смущенно спросила она.
— Мы стоим возле окон и нас прекрасно видно с улицы. Лучше начать заранее, — он взял ее руку и подняв к губам, медленно поцеловал, заставляя Марину неосознанно задержать дыхание. — Уже поздно. Я провожу вас до комнаты.
— Хорошо, — тихо сказала она, а ее ладонь уже положили на мужское предплечье и повели к лестнице.
Переведя дыхание, она искоса посмотрела на мужчину, увидев, как тот довольно и безмятежно чему-то улыбается. Таким Марина его еще не видела. Злым, хмурым, недовольным, спокойным, ехидным, холодным и задумчивым — сколько угодно, но вот таким как сейчас… еще ни разу.
