А вот саму любовницу вообще ничего не смущало. Она держалась за своего кавалера и даже умудрялась снисходительно посматривать на Екатерину и Елену. Смотрела она и на Авдеева — но уже с другим посылом. Правда, это наверняка было, чтобы позлить жён, которые так вцепились в своего благоверного, что тот не знал куда деться.
— Господа, о чём разговор? — воскликнул он, явно пытаясь вырваться из крепкой хватки женских рук. — Позвольте вмешаться?
— Конечно, Ваша Светлость, — улыбнулся князь и добавил, кивнув Нейману. — Герцог… Граф Разин делится своими наблюдениями по поводу местной знати, самураев.
— Ах, да, наслышан. Вы же остановились у Такеда Изаму, верно? Говорят, он по силе почти равен генерал-губернатору.
— Игорь Аскольдович жаждал сразиться с ним, — добавил Нейман. — Но пришлось действовать иначе… Ради общего блага, конечно.
— Несомненно! — поддержал Авдеев. — Маршал бы одержал верх, в этом нет сомнений.
Я лишь улыбался. Не знаю, кто из них сильнее, но Изаму явно могущественный маг. Та огненная буря, которую он поднял в поместье Нагао, вспоминалась до сих пор.
— Расскажите поподробнее, граф, — попросил Авдеев. — Мы сталкивались с ними только по разные стороны фронта, но до сих пор друг для друга покрыты завесами тайны.
— Самураи во многом похожи на нас, — чуть подумав, ответил я. — Есть благородные и честные, а есть ублюдки.
Я осёкся. Ругательства не приветствовались в светских разговорах, но вспомнился Сайго, напавший на Азуми, а затем и Виктор. И слово вырвалось само собой.
Дамы сделали вид, что шокированы, но скрывают это, а мужчины лишь понимающе переглянулись. До них тоже наверняка доходили слухи, кто был моим учителем этикета
— Их отличает среда, в которой они росли. Истоки, а вместе с ними и демоны, которые находились слишком близко, поэтому пришлось искать возможности сосуществовать, а не уничтожать врагов. Сперва это дало им силу, сделало очень могущественными магами, но привязало к традициям, из-за которых они теперь крайне нуждаются в переменах.
— Проще говоря, варвары, — хмыкнул Нейман.
— Если бы не революция, Россия оказалась бы в подобном положении, — со сталью в голосе ответил я.
И мои слова не понравились ни Нейману, ни Авдееву с Горбуновым. Их лица на пару мгновений скривились от недовольства.
— И что же вы предлагаете, граф? — спросил Нейман. — Как дать им перемены, в которых они нуждаются?
— Сосуществовать на взаимовыгодных условиях. Нам есть чему поучиться, герцог. И есть чему научить. Мы можем стать сильнее.
Нас прервал официант, принесший выпивку. Все разобрали бокалы, а Соколов отправил его за закусками, «да посытнее!».
А уже после, глотнув немного шампанского, брюнетка-жена Авдеева (имя быстро выветрилось из головы) обратила внимание на причёску Алёны:
— Интересный стиль… Японский?
— Да, — улыбнулась Алёна. — Мне помогали местные девушки. Вам тоже нравится? Я могу…
— Нет, спасибо, — холодно отмахнулась та. — Варварство мне не к лицу.
Зараза. Воздух, кажется, похолодел. Женские разборки до добра не доведут, да и как вообще на них реагировать? Мужику можно врезать по морде или договориться, а тут…
Мы с Авдеевым переглянулись. Он выглядел напряжённым, даже нервно сглотнул, но боялся, кажется, собственных жён. Блондинка злорадно ухмыльнулась и хотела что-то сказать, но её опередила Алёна:
— Ох, простите…
От такого холодного голоса у меня мурашки по коже пробежали. Блондинка тоже уловила тон и явно насторожилась.
— Приношу извинения, Ваша Светлость, — продолжила Алёна после недолгой паузы. — Я ошибочно полагала, что общаюсь со сведущим человеком, но раз уж вы настолько далеки от моды, Екатерина Петровна… Да, вам не стоит применять местные элементы. Полностью согласна.
Теперь похолодел взгляд брюнетки. Причём насколько, что мурашки уже пошли у Авдеева. Я понял это по взгляду. Однако ответный удар нанесла блондинка:
— Не много ли речей для наложницы новоиспечённого графа? — фыркнула она.
И Алёна замерла. Глаза её расширились, рука рефлекторно сжалась.
Я понял, что сейчас будет что-то страшное, если не остановить её. Авдеев и вовсе побледнел, не зная куда себя деть, а Нейман, засранец этакий, с довольным видом потягивал виски.
Во мне тоже вскипал гнев. Правда без четкого направления, потому что на Авдеева злиться было глупо, а на его жён позорно. Граф, дворянин, который вступает в ссору с женщиной? Даже если получится уколоть словом, это уже будут не «бабские разборки», и вмешиваться придётся Авдееву.
Однако я забыл, что Алёна хоть и не была дворянкой, но провела много лет среди корпоратов. В обиду она себя не дала.
— А вам, пожалуй, подойдёт что-то из коллекции прошлого столетия, Елена Вячеславовна, — мило улыбнулась она.
Я не до конца уверен, правильно ли понял подтекст, но блондинка покраснела, и обе женщины выглядели так, словно сейчас из ушей повалит пар.
Авдеев занервничал, не зная куда себя деть.
