Были опасения, что дворянчик вспомнит мою фамилию, но они не оправдались. Так что пока он искал телефон, я направился к торцу здания, где стоял вводной щиток.
— Эй, куда! — опомнился Витёк.
Он посеменил за мной и немного удивился, когда я, сбросив маску испуганного рядового сотрудника, вполне серьёзным тоном предупредил его:
— Не вмешивайся, Витёк. Просто смотри и наслаждайся.
Подошёл к щитку, магическим ключом отворил замок, доступ к которому имели только инженеры министерства. Второго замка, как в подстанциях, не было. Не требовалось, потому что обычный домовой шкаф не излучал много поля, даже если что-нибудь повредилось бы. Открыл дверцу, взялся за рубильник…
Как раз зазвонил телефон.
Я подмигнул Витьку, прочистил горло и сделал голос чуть более грубым.
— Добрый день, Разин слушает. Да? Не может быть! Немыслимо, Арсений Лазаревич… Прямо сейчас идите к нему и передайте трубку! Уж я ему!.. — тут я повернул рубильник, отключив дом от питания, после чего в трубке раздался настоящий вой. А я продолжал играть чертовски приятную роль. — Что он сделал⁈ Господин Бахтин, не беспокойтесь! Идите к нему сейчас же!
Я отложил телефон, закрыл и запечатал на замок щит, после чего расстегнул куртку и повернулся в ту сторону, где должен был появиться дворянчик.
Витёк глядел на меня офигевшими глазами и с раскрытым ртом. Я поднёс ко рту указательный палец, когда Бахтин выскочил из-за угла.
— Ты! — заверещал он. — Допрыгался! На!
Он протянул мне телефон, чуть не ткнув им в нос. Я перехватил трубку, с серьёзным видом поднёс к уху.
— А-арсений Лазаревич… — попытался предупредить Витёк.
Но аристо отмахнулся и огрызнулся, приказав ему молчать.
— Ало, — произнёс я. — Да, да, отключил. Ага. Ага. Понял. Передаю трубку.
Я протянул телефон обратно Арсению. Тот с торжествующим видом принял его.
— Да, Игорь Сергеевич! — воскликнул он. — Слушаю!
Я смотрел ему прямо в глаза, поднимая свой телефон к уху.
А затем с огромнейшим удовольствием, наблюдая, как меняется выражение лица этого ублюдка, сказал спокойным голосом:
— Пошёл нахер.
Чёрт, это надо было видеть. Я наслаждался каждым мгновением. Арсений медленно осознавал, что происходит. А когда я отодвинул край куртки, чтобы зацепиться пальцами за ремень, он заметил магический кристалл, висевший на поясе.
— А… ты… э…
— Позвольте представиться. Граф Игорь Сергеевич Разин. Министр магоснабжения Японской губернии.
— А… я… — придурок попятился, уронил телефон, испуганно глядя на меня.
— Вы, Арсений Лазаревич, нанесли мне серьёзное оскорбление. Такого я простить не могу. Надеюсь, вы готовы принять мой вызов на дуэль.
━─━────༺༻────━─━
— Грёбаный трус! Ссыкливое чмо! Пародия на дворянина!
Я мчался, выжимая из байка всю скорость, какую только мог.
Этот ублюдок отказался со мной драться!
Испортил такой счастливый день!
Арсений заблеял, словно овца на заклании, рассыпался в извинениях и чуть ли не в ноги мне кинулся. Хватило мозгов догадаться, что шансов против меня ноль, но не хватило яиц хотя бы попытаться сохранить честь!
Зараза. Ну, не стал бы я его кончать! Дурак, что ли? И без того проблем хватает, надеялся хоть оторваться чутка. Но не срослось.
Я направлялся в Ниигату, портовый город севернее Нагаоки. Но уже не по делам министерства, а по личным мотивам, которые тесно переплетались с заданием Тайной Канцелярии.
Вчера на связь вышел Слава. Я поручил ему разузнать насчёт капитана, на чьём судне мы с Медведем отправились в Японию. Та аристократка на рынке говорила, что его увели люди в военной форме, которые спрашивали обо мне.
Если мне удастся выйти на того, кто их отправил… Это могла быть зацепка, с которой я смогу вывести на чистую воду князя Крубского. Он считается могущественным магом воды, он как-то замешан в делах с британцами, и бьюсь об заклад, именно он пытался меня прикончить ещё на подходе к берегам Японии!
Я понял слова Такеды. Чтобы не проиграть в битве, нужно одолеть противника до её начала. Я найду доказательства, что Крубский предатель, и выходить с ним на поединок не придётся.
Слава ждал меня в порту, возле большого здания склада. Я остановился возле машины, из которой тут же выскочил белобрысый парень, водитель Славы. Честно говоря, я думал, что его убил агент Хамелеона, японец, который напал на нас с Алёной перед началом операции против мятежников Уэсуги. Но, как оказалось, парень выжил, хоть и угодил в больницу на несколько недель.
— Игорь, наконец-то!
Когда водитель открыл дверь, Слава, опираясь на трость, вылез из машины.
Раны, нанесённые самураями-мятежниками, оказались довольно серьёзными. А Слава не был магом, поэтому на нём всё заживало долго. Азуми регулярно занималась его травмами, но слишком много магии тоже могло навредить, поэтому пришлось действовать аккуратно.
Слава просил ускориться, ведь Азуми чуть ранее спасла жизнь Аико, которая получила куда более серьёзную рану в грудь. Тогда пришлось использовать всю мощь магии, но это было оправданным риском — иначе девушка могла погибнуть. А Славе такая участь не грозила, так что пока приходилось хромать и таскать с собой трость.
