Змей продолжает засылать на Исток стаи тварей. Судя по всему, он проводит что-то вроде разведки боем. Охрана Истока кое-как справляется, но не без поддержки боевой группы Загорских.
Видно, что для них этот объект действительно важен, и сил они прилагают немало. Поэтому складывается дилемма. Если получится убрать Елизавету слишком быстро, может не хватить времени на установку Антитворца.
Вдруг Змей действительно решит натравить на нас всех тварей тайги? У меня, конечно, крутые ребята, но даже они не смогут справиться со всеми демонами Сибири. А может, он изобретет ещё что-нибудь похуже…. И тогда попробуй придумать, как этого гада обратно в его измерение отправить.
Причём Хамелеон тут не помощник. По его же словам, он прибыл только для того, чтобы правила этой грёбаной игры соблюдались.
«Со Змеем тебе придётся справиться самому, Игорь, — заявил он, когда мы сидели на террасе. И да, даже тогда он снова притащил свой диван. И, несмотря на двадцать пять градусов мороза, вольготно растянулся на нём в одном халате и тапочках, попивая винцо. — Если же он нарушит эти правила, я, конечно же, подключусь. Но не более того».
От раздумий меня вырвал Адам Сидорович, он вдруг ожил и воскликнул:
— Знаю! Есть кое-что, что мы можем использовать!
Мы все отвлеклись от своих дум и внимательно уставились на него.
— Есть, есть! Когда вся эта ситуация вокруг Земских сгущалась, я собирал компромат на случай, если меня постараются привлечь к тёмным делишкам Жадова и его своры. Тогда пронесло. А позже я не был уверен, что замешаны именно Загорские, поэтому решил не прибегать к этим документам. Но теперь…
— К делу, Гельд! К делу! — поторопил я его. — Подумаешь о мотивах потом.
— В общем, — вздохнул он, — есть компромат, который нам определённо поможет. Но добраться туда будет не очень просто. Я бы сказал, крайне тяжело.
— Почему же? — нахмурился я.
— Потому что место, в котором спрятаны документы, сейчас принадлежит Загорским. Это главное здание их компании в Тунгусе.
━─━────༺༻────━─━
— Здравствуйте, Ваше Сиятельство.
— Да, да, добрый день, Яков Станиславович.
— Вас что-то беспокоит? Тогда прошу извинить, но я принимаю только по записи и в определённые часы…
— Нет, нет, нет. Я по другому делу, очень важному.
— Тогда излагайте.
Азуми предупредила Якова Станиславовича, что в больницу придёт человек от Загорских. Но что сюда явится сам Константин Лазаревич Гроздин, считай, правая рука княжны, он явно не ожидал.
— Я хочу навестить одного пациента. Василий Петрович, помните такого?
— Да, да, конечно, — кивнул Яков Станиславович. — Но позвольте спросить, а зачем он вам? Насколько я знаю, вы не состоите с ним в родственных отношениях.
— Да, это так, — Гроздин выглядел нервно. Кажется, ему приходилось сдерживаться, чтобы не отпихнуть доктора в сторону. — Но Василий Петрович, можно сказать, мой ближайший коллега. Обе наши компании выполняют очень важную роль, обеспечивая магией весь Тунгус. А в дальнейшем почти всю Сибирь. Её Сиятельство Елизавета Аркадьевна обеспокоена состоянием этого человека.
Ага, обеспокоена, подумал про себя Яков Станиславович. Обеспокоена, как бы состояние не улучшилось.
— Поэтому, — продолжал Гроздин, — я уполномочен выяснить, какова текущая ситуация. И прошу также предоставить его историю болезни.
— Но позвольте, зачем?
— Дело в том… — процедил Гроздин, ему явно приходилось прилагать усилия, чтобы держать себя в руках, — что Елизавета Аркадьевна готова оказать посильную помощь Василию Петровичу. У рода Загорских есть определённые ресурсы и связи. При наличии полных данных о болезни Василия Петровича, возможно, мы сможем подобрать ему лечение или раздобыть необходимое оборудование.
— И всё же не понимаю вашего беспокойства, — нахмурился Яков Станиславович. — Как вы, думаю, знаете, у нас в больнице проходит временную практику маг-целитель, графиня Азуми Разина.
— Да, я слышал. Только вот она ничего не смогла сделать.
— В мастерстве госпожи Разиной сомневаться не стоит.
— Без сомнений, — Гроздин аж оскалился, сжав кулаки от нетерпения. Доктор на мгновение действительно испугался, что ему вот-вот прилетит по зубам. — Однако стоит заметить, что в империи есть и другие маги-целители. Которые обладают куда большим мастерством, чем графиня Разина.
— Ну что ж, — кивнул Яков Станиславович, изображая сдачу позиций, — тогда не смею вас задерживать. Пройдёмте.
И вскоре они вошли в палату. Граф Гроздин с сомнением подошёл к койке, нахмурился и тихо, будто боясь разбудить пациента, сказал:
— Выглядит как будто уже умер.
Серая кожа обвисла на тощем теле. Раньше Василий Петрович был довольно упитанным мужчиной, но теперь он выглядел как полупустой мешок.
Гроздин подмечал действие яда, который подмешал в любимые папиросы Василия Петровича. Это был редкий яд и довольно дорогой. Назывался он «Трава Аросбиса». Этот яд был примечателен тем, что он действовал не сразу, но вызывал привыкание, словно наркотик. Он рос в только в определённом месте Африки.
