— Также мы получили ответ на запрос по поводу перехода нескольких военных Истоков на баланс Великого княжества Польского, Ваша Милость, — продолжал Главный Советник.
— Так… — чуть оживился Болеслав. — С этого надо было начинать, грёбаный ты идиот!
Главный советник, Анатолий Елизарович Бернадский, имевший княжеский титул, огромное влияние и силу, сравнимую с довольно могущественными военными магами, лишь поджал губы и потупил глаза в ответ на оскорбление своего государя.
— Пришёл отрицательный ответ, ваша милость…
— Чего⁈ — прорычал Болеслав, ударив пудовым кулаком по подлокотнику трона.
Даже раздался скрип дерева — так сильно он бил. Анатолий нахмурился, подавил желание попятиться и, набравшись духу, продолжил:
— Если быть точным, это не совсем отказ, Ваша Милость. Сенат предложил иной вариант. Вернее сказать, настоял…
— Какой ещё вариант⁈ — прошипел Болеслав. — Ты надо мной издеваешься⁈
— Нет, ни в коем случае, Ваша Милость, — чуть поклонился Анатолий, спрятав взгляд.
Доложить о решении Председателя Сената Раскатова и лично Императора Всероссийского было непросто. Этот Болеслав, Великий Князь Польши, кажется, жил в треклятых книжках по истории, особенно о временах правления Матеуша I Завоевателя. И всё мнил себя равным великому предку. И, помимо прочего, это выражалось в приверженности ко всяким древним варварским обычаям.
Вот, например, даже императорский трон по большей части использовался в качестве церемониальной атрибутики, а сам император занимался делами государства в своём рабочем кабинете или в приёмной во дворце. Но Болеслав предпочитал восседать на этом громоздком стуле, благо хоть не напялил корону и плащ из музея Варшавской истории. Он даже хотел ввести для дворцовой стражи униформу крылатых гусар трёхсотлетней давности, якобы для поднятия духа! Хорошо хоть удалось его от этого отговорить, всё же Великий князь не был полным дураком, а вполне себе коварным и даже умным человеком, просто со своими тараканами в голове. И быстро осознал, что стража поставлена не для красоты, а для безопасности.
— Ну, говори! — потребовал Болеслав, когда князь Бернадский затянул с паузой.
— Они откроют доступ к Истокам… однако через представителя Министерства магоснабжения Империи. Вам придётся согласовывать этот вопрос с ним.
На последних словах голос подвёл князя, и он постарался говорить как можно тише. Сдержанность тоже не была отличительной чертой Болеслава, поэтому за такую дерзкую новость можно было схлопотать по шее в прямом смысле этого слова.
— Чего⁈ — Болеслав вскочил с трона и уже ринулся на своего главного советника, поднял руку, сжал покрепче кулак и!..
Врезал по постаменту, стоявшему неподалёку.
Осколки мрамора разлетелись по полу и заставил Анатолия задуматься, что было бы, ударь Болеслав его как собирался.
— Что ты сейчас мне сказал⁈
Великий князь схватил советника за грудки и поднял в воздух, словно тот ничего не весил. Да, Болеслав отличался ростом и огромной физической силой — это был его личный дар. Толстую кожу было нелегко пробить даже магией, а физическая сила была за гранью человеческих возможностей. Анатолий Бернадский лично видел, как государь иногда сгибает рельсу или крушит булыжники.
— Я… я сказал… — осипшим голосом пробормотал Анатолий, — что Сенат и Император… просят вас принять представителей Министерства магического снабжения. Две делегации. Одна будет отвечать з-за резервное питание из Истоков, а вторая…
— Вторая делегация? — прошипел Болеслав. — И что же будет делать вторая делегация, а?
Бернадский нервно сглотнул. Его китель заскрипел от натуги, а рёбра сдавило из-за того, что Болеслав своими ручищами натягивал воротник.
— В-вторая делегация начнёт строительство линии магоснабжения… чтобы…
Князь почувствовал, что вот-вот потеряет сознание. Ему было очень страшно — даже если бы он хотел воспротивиться Великому князю, шансов у него просто не было бы. Особенно сейчас, когда Болеслав мог в миг разорвать его пополам.
— Ну, говори! Говори, кур-р-рва!
— Они будут строить магическую сеть, чтобы подключить Великое княжество Польское к единой сети магоснабжения Российской империи! — скороговоркой выпалил Анатолий и тут же зажмурился.
Болеслав замер. Главный советник чуть приоткрыл левый глаз, но не сразу понял, что происходит, потому что гневная гримаса тут же переросла в удивление, и даже хватка немного ослабла.
И Бернадский уже облегчённо вздохнул, решив, что опасность миновала, как вдруг Болеслав с рёвом отшвырнул его в стену, а затем заорал:
— Сукины дети! Да как вы смеете! Да я вас… Кто⁈ Кто осмелился строить эту треклятую сеть⁈ А ну, говори, не притворяйся, что ты без сознания! Кто этот ублюдок⁈
━─━────༺༻────━─━
— Граф Игорь Сергеевич Разин, — представился я девушке, которая сидела в приёмной Великокняжеского дворца.
— Кто, простите? — переспросила она.
— Разин Игорь Сергеевич. Граф, — повторил я. — Вам сегодня утром пришло обращение из Сената. Посмотрите внимательнее, пожалуйста, мне назначена аудиенция с Великим князем.
