— Фу-у-ух… — вздохнул я с облегчением.
Магическое поле начало понемногу слабеть. Голова чуть закружилась, но ничего страшного. Можно сказать, отделался испугом.
Когда оборудование окончательно обесточилось, я с усилием открыл помятую дверцу и даже присвистнул от увиденного.
Тут стояли древние автоматы, которым уже дважды на пенсию пора бы. И провода со старой полопавшейся изоляцией. Неудивительно, что простая вмятина создала столько проблем.
Похоже, тут вместо модернизации просто закрыли всё старьё новенькими шкафами. По закону, Бахтин, как владелец оборудования, должен был за свой счёт провести замену. Или даже его родители… Но вместо этого они решили держать под боком здоровенную бомбу. Которая в лучшем случае просто выйдет из строя от очередного скачка напряжения. А худшем…
— Сказочные долба…
— Эй! — прервал меня Витёк. — Ты чего натворил⁈ Пистолет верни!
— Ща, погоди пару минут.
Он благоразумно не заходил внутрь. Ума, видно, куда больше, чем у Арсения.
Я запечатал рубильник магической пломбой, чтобы этот дурак не сумел включить напряжение, если каким-то образом попадёт внутрь, конечно. Замок должен от этого оградить, но дураки — они люди непредсказуемые.
Закрыв подстанцию, я подошёл к Витьку, у ног которого валялся Арсений с перевязанным плечом. Отдал охраннику пистолет и пошагал прочь.
— Погоди! — окликнул он. — А мне теперь что делать?
— Скорую вызови. А потом можешь вечеринку закатить. Его продержат дня два, так что особняк в твоём полном распоряжении.
Оставив Витька в раздумьях, я вышел из поместья, сел в машину и покатил в контору с чувством выполненного долга и улыбкой на лице. Петрович будет доволен — такого должника закрыл!
Может, даже премию выпишет…
━─━────༺༻────━─━
— Игорь, мать твою за ногу! Ты совсем охренел⁈
Багровое лицо и выступившие на лбу вены подсказывали, что премии ждать не стоит.
Василий Петрович, начальник участка и мой непосредственный руководитель стоял, уперевшись руками о стол и натужно глядел на меня маленькими глазами. Он был невысокого роста, но широкий, коренастый. С квадратным лицом, большим носом, вторым подбородком и объёмным животом.
Сейчас он злится, но вообще мужик нормальный.
— Что не так? Работа выполнена. Даже выявил недобросовестное исполнение обязанностей и предотвратил возможную трагедию. А если бы подстанция взорвалась, например? Так что, считаю…
— Считать ты годы за решёткой будешь, Игорёк. Выцарапывать на стене палочки и зачёркивать, как в каком-нибудь грёбаном кино. Зачем стрелять? Неужели по-другому никак не решить было? Ты хоть понимаешь, кто это был, а?
Тяжело вздохнув, я сел на стул. День выдался непростой, а теперь ещё недовольный Петрович намекал, что он станет ещё тяжелее.
— Какой-то идиот. Мне пришлось стрелять, иначе бы случился большой бум. А он швырялся огненными шарами, которые летят быстрее, чем я бегаю. Другого выбора не было.
Петрович продолжал буравить меня выпученными глазами. Несколько секунд молчания я выдержал, но затем решил разбавить его некоторыми подробностями, которые выяснил по поводу этого Арсения.
— Ты знал, что он продал породистых лошадей, у которых родословная чуть ли не древнее его собственной, а все бабки спустил на производство оловянных фигурок? Придумал какую-то настолку, даже расписал правила и решил производить все части набора самостоятельно, чтобы не платить посредникам. Он продал штук двадцать или вроде того, но продолжал клепать солдатиков, походу. В цехах стоял такой шум, что…
— Игорь. — Петрович немного успокоился, выдохнул и наконец-то сел. — Дело серьёзное. Этот «идиот», как ты выразился — дальний родственник самого маршала Громова. А значит, там и императорская кровь имеется, понимаешь?
— Что ж тогда столь благородный господин в должниках везде ходит?
— А это уже не нашего с тобой ума дело. Было. Пока ты его в больничку не отправил с дырой в руке.
Петрович выдвинул ящик, достал оттуда деревянную коробку с сигарами и закурил. Мне не предлагал — знал, что не любитель.
Кабинет наполнился ароматом табака. Начальник пару минут просто дымил, молча рассматривая свою коллекцию из предохранителей, разъединителей, трансформаторов и прочего оборудования, и каждое было раскурочено, расплавлено или раздолбано. А значит, имело свою яркую и, что самое главное, поучительную историю.
— Короче, Игорёк, расклад такой. У этого паренька нашёлся дядька в структурах. И выхода у тебя два. Первый — сесть.
— Не пойдёт. Какой второй?
— Второй… — Он затянулся, хотя я слышал, что сигары курят без затяга. — Тут такое дело. Мне повышение дают. Но с одним нюансом.
— Ого! Поздравляю. Что там?
Петрович давно сидел на месте начальника участка, хотя ему впору всем департаментом эксплуатации верховодить. Опыта у него столько, что на три поколения вперёд передать хватит. Но почему-то с повышением никак не складывалось.
— Отправляют в Тунгус.
— Куда? — нахмурился я.
