Выходит, красота действительно страшная сила, даже убийственная. Свела с ума по меньшей мере двух мужиков, подпортила жизнь Нельке и, как позже выяснилось, Нине.
Эта влюблённая в Алексея дурочка, Нина, всё гадала, почему той, теперь уже давней, весной их робкие попытки сближения вдруг прервались. Да он просто тогда на Женьку отвлёкся, она же, как яркая бабочка, к ним залетела и стала по комнатам порхать! Думала, со всеми можно, как с ровесниками-студентами, дурачиться и хохотать, а тут серьёзные страсти взыграли.
«Так, хватит осуждать несчастную девчонку, – остановила себя Татьяна, – она заплатила за всё своей жизнью, а все остальные участники событий, по крайней мере, живы. Главная виновница трагедии вообще в шоколаде, в Америку летит».
Может, судьба уже наказала Алексея? Жив ли он? Татьяна поняла, что покоя ей, дуре, не будет, пока она это не узнает. И она стала думать.
Придя домой, она перерыла старые записные книжки и нашла домашний телефон Алексея. Вопрос: знают ли его родители о разводе и о том, что сын, видимо, попал в больницу? Ведь Светка скорую не вызвала.
Но ведь люди-то вокруг были, наверное, не оставили человека валяться на тротуаре? Куда его могли отвезти? Надо попробовать позвонить родителям, только осторожно. Он ведь где-то ночевал три дня, наверное, в родительской квартире, раз Света в гостиницу уехала.
Татьяна села к телефону и набрала номер. Трубку сняли быстро, и обеспокоенный женский голос произнёс:
– Алло, алло, слушаю…
– Здравствуйте, а можно попросить Алексея? – спросила Татьяна. Как продолжать разговор, она решит в зависимости от ответа.
– А кто его спрашивает? Он здесь давно не живёт, – ответила женщина, судя по голосу – немолодая, наверное, мать.
– Это Татьяна, его бывшая сотрудница ещё по работе в НИИ, – начала объяснять и на ходу фантазировать Татьяна. – Я случайно узнала, что Алексей ненадолго прилетел из Америки, и хотела предложить ему организовать небольшую встречу со старыми друзьями, всем же интересно, как там, в Штатах…
– Танечка, так это вы! – ахнула женщина. – Я мама Алёши, он мне много про вас всех рассказывал, я всё помню! Как хорошо, что вы позвонили! У нас несчастье, Алёша приехал и попал в больницу с инфарктом. Сегодня его из реанимации перевели в общую палату, вроде откачали, но… Мне его состояние очень не нравится. Разговаривать не хочет, от еды отказывается, лежит и смотрит в потолок. Глаза пустые. Я вообще ничего не понимаю, что произошло? Несколько дней назад приехала Света, ну, его жена, помните её? – торопливо говорила женщина.
– Да, конечно помню, я от неё и узнала, что Алексей здесь, – вставила Татьяна.
– Света никогда с нами особо не общалась, и тут тоже – поставила сумку и ушла куда-то надолго, – продолжала свой рассказ мать. – А потом в этот же день Алёша приехал, тоже ничего не сказал кроме «привет, потом поговорим», и убежал. К вечеру Света опять пришла, забрала сумку свою и опять, ни слова не говоря, ушла.
Алёша в этот день уже совсем поздно явился, сказал, что они со Светой прилетели, чтобы развестись. Он поживёт пока у нас, а Света вроде как в гостинице. Два дня где-то пропадал, только ночевать приходил, и всё молчком… «Потом, не сейчас, потом всё объясню»…
Женщина заплакала.
– Так он в больнице сейчас? – попыталась хоть немного успокоить её Татьяна, – ну, не расстраивайтесь так, раз из реанимации перевели, значит, состояние стабильное. Организм молодой, справится. А в какой больнице он лежит? Может, стоит его навестить? Или сейчас лучше не беспокоить?
– Ой, Танечка, если бы вы смогли к нему приехать, я была бы вам так благодарна! – со слезами начала её уговаривать мама Алексея. – Он ведь мне вообще ни слова не сказал, я даже не знаю, отчего с ним этот инфаркт произошёл!
Мне позавчера из больницы позвонили, сказали, что звонят по его просьбе. Он, когда его на «скорой» привезли, телефон наш домашний им сказал, и потом его сразу отвезли в реанимацию. Я помчалась туда, конечно, но меня не пустили, сказали – состояние средней тяжести, инфаркт, сутки как минимум в реанимации будет лежать.
А вот сегодня приехала, пришла в палату, он лежит… как будто не на этом свете. Осунулся страшно, глаза пустые, в потолок смотрит. И молчит. Врач говорит, надо, чтобы он ел хоть что-то и вставал понемногу. А он ничего не делает этого. Я пыталась его как-то заинтересовать, что ли, про детей спрашивала – даже лицом не дрогнул. Я плакать начала, а он одеяло на голову натянул, и всё.
Танечка, это такое горе, вы не представляете! Ведь это мой сыночек любимый, такой хороший, умный мальчик был, что с ним теперь будет! Может, съездите к нему в больницу? Вдруг он на вас как-то отреагирует? Ничего ему приносить не надо, я много еды там оставила, он всё равно ничего не ест, – попросила женщина.
