Ну, да, точно не видел. Весь март пролежал в больнице, а после выписки мы никуда не ходили. Обе семьи теперь жили недалеко от нас, хоть и не в отдельных квартирах, как мы. Они делили одну, четырёхкомнатную, пополам. Так что, имели вполне подходящие условия для своих детей. Но скоро могли и переехать в новое жильё. Оно усиленно строилось. Кировский завод тут был на особом счету.
— У нас всё нормально, Слава. Жаль, конечно, что с тобой так случилось, но кто же ожидал? Ладно, что Видова из ансамбля и даже Ленинграда куда-то на Урал убрали, но, по слухам, он теперь не в стукачах, а даже в кадры перешёл. И тут, в отделе и цехе, новые люди появились, похоже, кто-то из них тоже из стукачей. Так что, Слава, хоть ты и свой, но придётся тебе быть осторожным.
Да, как говаривал товарищ Сухов, это точно. Я сейчас под особым надзором и милиции, и КГБ. Поэтому мне не стоит пытаться сочинить какую-нибудь анонимку и отправить, как в прошлые разы, нужным государственным деятелям. Могу сразу же попасться. Разве что вдруг выпадет благоприятный случай, но это маловероятно.
— Не, ребята, лишнего болтать мы вообще не будем, так и не враги нашему Союзу, и себе. Наше дело тут маленькое и простое — создать ещё что-нибудь интересное, и всё. Я, вот, салаты из овощей люблю, ещё и соки натуральные пить. Так что, будем думать насчёт кухонного комбайна из блендера и овощерезки или измельчителя. Нужные малые движки у нас имеются, корпус придумаем, и остаётся разработать автоматику. Жаль, что нужной электроники нет.
Да, жаль, но и сейчас мне придётся ладить простой и маленький механический программатор. Ну, ничего страшного, сделаю.
— Слава, а что за в кино вы снимались? Интересное хоть? В Новый год хороший фильм посмотрели. Вы там с Ингой неплохо покружились. А вот её сестёр трудно было узнать.
— Не, сейчас, ребята, нас всех узнаете. А так, мы снялись лишь в одной сцене, на балу. Тоже немного потанцевали. Ну, я там ещё пару песен спел. Про один вы знаете, его уже по радио передавали. И Инга одну, ближе к концу будет. А так, фильм чисто исторический. Про восстание декабристов и поездку их жён, вслед за ними, в Сибирь. Но сюжет отличается от того, что на самом деле происходило. Тем не менее, и в те времена были настоящие женщины. Даже француженки. Свои, русские, отказались, а они за мужьями в Сибирь поехали и прожили там почти всю оставшуюся жизнь. Хотя, я же тоже где-то там был. Не, в Сибири жить можно. Правда, не на каторге.
Ну, в Сибири тоже люди живут. Вячеслав там два году служил на советско-китайской границе, ещё и на комсомольской стройке под Томском полгода проработал. Не сахар, конечно, но терпимо.
Я сразу же обрисовал своим ближайшим помощникам, чем мы далее будем заниматься. Ничего секретного, просто ещё одно обычное изделие для дома, но неплохо облегчающее быт. И для начальства все нужные бумаги составил. У нас ведь всё согласно планам. Хоть они и не всегда соблюдаются, но и положено, так по ним и работать легче. График работ сразу же всех дисциплинирует.
А так, на работе больше ничего не отвлекало меня от своих обязанностей. Общественных нагрузок по линии партии и комсомола у меня пока не имелось, активистом я не являлся. Тем более, и возраст уже приближался к выходу из ВЛКСМ. А в КПСС не тянуло. И, главное, начальство никак не беспокоило. Сдал график работ по кухонному комбайну и заявки на нужные материалы и рабочую силу, и всё. Хотя, работы хватало. Всю нужную документацию, раз всё было изъято при обыске милицией, ещё и КГБ, надо было составлять заново. Ладно, что работы были в самом начале, и память у меня хорошая, и часть документации было мной всё же припрятано, то объём работ слегка уменьшился. Так что, начало было положено.
За целый день так никто и не пристал ко мне — никуда не вызывал и план не требовал. И мне это сильно понравилось. Лучше, как в поговорке, держаться подальше от начальства и ближе к кухне. У меня характер такой некомпанейский.
