Однажды была гора высотой в три мира, поставленных друг на друга. На её вершине живут боги, в середине живут люди и у основания обитают существа из потустороннего мира. Эту гору называют Сахья. Она как бы содержит сразу всё. На этой горе была обитель мудрецов Атри. В нём жили два мудреца -- Брихаспати и Шукра, у каждого из них был сын, и их звали Виласа и Бхаса. Два мальчика выросли и стали юношами. Они привязались друг к другу и были неразлучны.
В своё время, Брихаспати и Шукра покинули этот мир. Поражённые печалью, два молодых человека выполнили похоронные ритуалы. Из-за потери, они более не интересовались хозяйством, богатством и т. д., и ушли в лес в противоположных направлениях, вести странствующий образ жизни. Через довольно долгое время они встретились.
Виласа сказал:
Какое счастье вновь встретить тебя, мой друг! Расскажи о том, чем ты был занят с тех пор, как мы расстались. Принесли ли результаты твои истязания тела? Освободился ли твой ум от жгущего жара мирской жизни? Осознал ли ты свою природу? Скажи, здоров ли ты и счастлив?
Бхаса ответил:
Мне повезло снова тебя встретить, мой друг и брат. Можем ли мы, странники в этом мире, быть умиротворёнными и счастливыми, пока не достигли Истины, пока психологические искажения не прекратились? Пока мы не пересечём этот океан цикла этого мира, можем ли мы быть спокойными и счастливыми? Пока надежды и желания, порождения ума, не разрушены, как мы можем быть спокойными и счастливыми?
Пока мы не достигнем познания Себя, мы будем возвращаться снова и снова в это измерение смерти и рождения, чтобы снова пройти детство, юность, расцвет сил, старость и смерть, снова и снова мы будем выполнять те же действия и набираться одного и того же опыта. Желание убивает мудрость. От жизни остаётся всё меньше, она теряется в удовлетворении чувственных аппетитов. Ум падает в колодец удовольствий. Удивительно, как и почему это тело, подспорье, чтобы перебраться на другой берег познания Себя, становится жертвой мирской жизни. Во мгновение ока рябь ума приобретает огромные пропорции. Человек по глупости приписывает себе страдания и печали, которые не имеют к нему отношения, и становится от этого несчастным.
Васиштха продолжил:
Так разговаривая друг с другом и поддерживая дискуссии о природе этого мира, они достигли Истины. Поэтому, Рама, нет другого пути к Освобождению от пут и пересечению океана иллюзий, кроме познания Себя. Для познавшего Истину этот океан несчастья не больше лужи. Он рассматривает тело, как зритель смотрит на отдалённую толпу. Поэтому боли, которые испытывает тело, его не касаются. Существование тела не уменьшает вездесущесть Сознания, как волны не уменьшают полноту океана.
Как соотносятся лебедь, камень и бревно с водой, окружающей их? Никак, и так же высшее Я не имеет отношения к этому миру. Падающее дерево может поднять волны в воде, на это - похоже ощущение высшим Я удовольствий и боли, причиняемых телу. Как из-за близости к воде, в ней отражается дерево, так тело отражается в высшем Я. Но как падающий в воду камень не повреждает её и не повреждается сам, так и тело, входя в контакт с другими материальными объектами (такими, как жена, дети или материальные предметы), не причиняет никому ни вреда, ни боли, и само не затрагивается.
Отражение предмета в зеркале невозможно назвать реальным или нереальным, его реальность - неописуема, так и тело, отражённое в высшем Я, не является ни реальным, ни нереальным, его реальность - неописуема. Глупый принимает как реальное то, что он видит в этом мире, но мудрый так не делает. Как кусок дерева и вода, в котором он отражается, не связаны реально существующими отношениями, так и тело не связано с высшем Я. Более того, там, где такие отношения могли бы существовать, нет двойственности. Существует одно лишь бесконечное Сознание, без субъектно-объектных разделений. В нём разнообразие только воображается, и то, что не затрагивается страданиями, верит, что оно - несчастно, также, как тот, кто верит в то, что видит привидение, видит привидение. Из-за силы воображения ума это воображаемое взаимоотношение становится действительной силой. Высшее Я не затрагивается болью и удовольствиями, но, считая Себя телом, Оно подвергается восприятиям тела. Отказ от такого утверждения и есть Освобождение.
