В этом году я немного переживал. Да что там немного реально было чувство, что не успеваю сделать что-то важное, особенно в марте. Возникает вопрос почему? В марте 1953-го года умер Вождь всех народов и большой друг детей Иосиф Виссарионович Сталин, но такое было в той, реальной истории, где я родился Павлом Обуховым. А здесь ничего такого не произошло. Чувствую себя прекрасно. Молодость не вернулась и по бабам я бегать не начал, тем не менее мне семьдесят пять лет. Можно смело записывать в Кремлёвские старцы, хоть и двигаюсь бодрячком, даже лекарств никаких не употребляю во избежание так сказать. Мало ли кто захочет отравить или ещё что придумать. Мой личный врач Виноградов удивляется, ритм сердца нормальный, утомляемости практически нет. Может я прославлюсь здесь, как долгожитель? Грузин я или не грузин, в конце концов? А задержаться в этом мире стоит. Я даже во вкус вошёл, навожу порядки по своему разумению. Нет, у меня нет цели спасать СССР. Если кто-то так подумал. Просто пытаюсь навести порядок. Система, в государственном смысле, достаточно сильно хромает. Причины тому последствия прошлых лет. Какие-то здесь взаимоотношения неправильные. Постоянные склоки между партийными руководителями и самой страны. Даже на предприятиях находятся такие, кто строчит анонимки на своих сослуживцев. Или соседи на соседей из-за желания оттяпать комнату в коммуналке. Сейчас с авторами анонимок поступают достаточно жёстко. Минимально такого «писателя» ждут общественные работы, максимально — срок в местах не столь отдалённых, если найдут, конечно. Политуправление и отдел пропаганды в ЦК КПСС ориентированы на то, чтобы «лечить» общество от таких действий. Анонимщиков обязательно освещают в общественности. Написал гадкую анонимку, пусть об этом знают все соседи, знакомые и друзья. Тем более идеологическая цель у людей есть, нам требуется построить развитой социализм. Улучшить благосостояние народа. Может и попахивает от таких моих слов пафосом, но я действительно так думаю. Проживая третью жизнь, первая была Павлом Обуховым, вторая — Павлом Первым, я заметил, что сам не стремлюсь к какой-либо роскоши. Из одежды ношу в основном мундир. Но со временем стал носить гражданскую одежду, особенно, когда прогуливаюсь по Москве. Этой весной вновь подвожу итоги, что сделано, что будут делать.
