Правнук Фетх Али-шаха Насер ад-Дин взошел на престол в семнадцатилетнем возрасте. Намерения у него были самые благие – сделать Иран передовым и сильным государством, оплотом цивилизации в Передней Азии. Любому амбициозному правителю положено начинать с завоеваний, лучше всего с возвращения того, что было утрачено предшественниками. Насер ад-Дин-шах решил вернуть Герат, отнятый у Ирана в 1747 году Ахмад-шахом Дуррани. После распада Дурранийского государства в начале XIX века Гератское ханство стало независимым (формально независимым, поскольку всеми делами в нем заправляли британцы). Отец Насер ад-Дина Мухаммед-шах в 1837 году вторгся в Гератское ханство и осадил Герат, но британское правительство заставило его отвести войска назад под угрозой интервенции (британский флот вошел в Персидский залив). После того, как в 1855 году афганский эмир Дост Мухаммед захватил Кандагар, тоже бывший независимым ханством, Насер ад-Дин решил ввести войска в Герат под предлогом защиты ханства от афганской агрессии. Это начинание поддержала Россия, активно укреплявшая свои позиции в Средней Азии. Великобритания ответила на захват Герата вторжением. Военные действия шли довольно вяло, поскольку у британцев не было намерения брать Иран под свой прямой контроль, а у иранской армии не было возможности разгромить интервентов. Дело закончилось тем, что иранцы ушли из Герата, который вскоре после этого был присоединен к Афганистану.
Насер ад-Дин-шах
Оставив завоевания, Насер ад-Дин-шах занялся реформами. В 1873 и 1878 годах он совершил два ознакомительных путешествия по европейским странам и еще одно предпринял в 1889 году, за шесть лет до окончания своего правления, которое по длительности стоит в Иране на третьем месте после Шапура II Сасанида и Тахмаспа I Сефевида. В Иране начали издаваться газеты, появился телеграф и другие новинки прогресса, вплоть до фотографии (Насер ад-Дин любил фотографироваться, фотографировал сам и приучал к этому подданных). В 1851 году в Тегеране открылся
Недостатком передовых реформ Насер ад-Дин-шаха было то, что они проводились сверху вниз под сильным давлением. Иранское общество не было готово к преобразованиям, а властный шахиншах не считал нужным вести разъяснительную работу среди подданных. Насер ад-Дин действовал по принципу: «так повелел шахиншах». В результате многие похвальные начинания не имели успеха. Так, например, на первый поток Дар уль-Фунуна удалось набрать всего тридцать студентов, причем многие из них поступали туда не по зову сердца, а по воле родителей, знатных сановников, желавших угодить шахиншаху и показать себя передовыми людьми. Фотографические салоны, открываемые энтузиастами этого дела, нередко подвергались погромам, поскольку невежественные люди считали фотографию богопротивным занятием, несмотря на то что джафаритский мазхаб, которому следуют шииты-двунадесятники, не содержит запрета на изображение людей.
Если большинство нововведений вызывало в народе непонимание, то налоговая политика Насер ад-Дин-шаха возмущала его подданных. Реформы стоили денег, и шаху приходилось вводить новые налоги, но при этом сбор их чаще всего отдавался на откуп, а откупщики драли с плательщиков три шкуры. Было бы разумнее совсем отказаться от откупной практики, но шаху и его министрам не хотелось обременять себя лишними хлопотами. Более того, шах активно раздавал иностранцам различные концессии, на строительство ирригационных сооружений, телеграфных линий и железных дорог, на добычу полезных ископаемых и др. Концессии привлекательны своей простотой – не надо учреждать новые структуры и тратиться на их содержание, ты просто отдаешь полномочия специалистам и получаешь за это деньги… Другой вопрос – сколько выжимают из концессии ее получатели и как концессия отражается на твоих подданных.
