Реза-шах начал с того, что установил высокие пошлины на импортируемые товары, учредил Национальный банк и создал условия, стимулирующие развитие иранской промышленности. Его часто упрекают в сближении с Германией, в которой с 1933 года правили нацисты, но надо понимать, что основы ирано-германского сотрудничества были заложены до прихода нацистов к власти, и Германия на тот момент была единственным европейским государством, с которым можно было развивать экономическое сотрудничество, не опасаясь при этом снова потерять независимость. Францию Иран не интересовал, она делала ставку на Сирию и Ливан, ставшие после Первой мировой войны французскими подмандатными территориями[323]. Иметь дело с Великобританией было невозможно, ведь Иран только что освободился от британской кабалы. Италию интересовали только ее африканские колонии, вкладываться в иранскую промышленность итальянцы не собирались. Советский Союз был опасным партнером, экспортирующим революционные идеи и стремящимся к созданию вокруг себя пояса социалистических государств. Так что у Резы-шаха, по сути, не было выбора, а собственными средствами, необходимыми для развития промышленности и благоустройства страны, Иран, к сожалению, не обладал.
Что же касается Соединенных Штатов, то сотрудничество с ними не сложилось по причине крайне негативного впечатления, оставленного первой попыткой. В 1928 году был заключен контракт с германо-американской корпорацией на прокладку железной дороги от Каспийского моря до Персидского залива. Немцы и американцы работали не сообща, а поделили фронт работ. Первые строили северный отрезок, а вторые – южный. Работы должны были быть выполнены к июню 1930 года, и немцы четко уложились в срок, а американцы затянули строительство. Более того, правительственная комиссия, занимавшаяся расследованием причин, приведших к размыву дождями одного участка дороги, проложенного американцами, выяснила, что часть отпущенных на строительство средств оседала в карманах организаторов работ. Строили кое-как да старались, чтобы вышло подешевле, а разницу между сметной и реальной стоимостью присваивали. Скандал получился громкий, завершение строительства поручили немцам, а с американцами больше дела не имели. Горькие огурцы принято выбрасывать.
Вечной проблемой Ирана были своеволие и сепаратизм наместников провинции. Реза-шах решил эту проблему, изменив административное деление страны. Провинции уменьшились в размерах и управлять ими стали не представители местной знати, а правительственные назначенцы. Крупные земельные владения, составлявшие основу влияния кочевых ханов и феодальной аристократии, конфисковывались и раздавались приближенным Реза-шаха, но уже в относительно небольших количествах. Единственным крупным землевладельцем был Реза-шах, набравший себе плодородных земель в Хорасане, Мазендеране и других провинциях. Как говорится, сидящий у реки не умрет от жажды. Хорошо еще, что шах не позволял никому из приближенных следовать своему примеру. Некоторые историки восхищаются тем, что Реза-шах мог вкладывать собственные средства в те проекты, которые он считал наиболее важными, например, в строительство железных дорог. Да, подобные факты имели место, но надо понимать, что для Резы-шаха и его сына не было разницы между собственным кошельком и государственной казной. Они постоянно брали деньги из казны на личные нужды, а если казна была пуста, то лезли в свой кошелек.
Будучи человеком военным, да еще и начинавшим службу с рядового, шах хорошо знал все недостатки и проблемы иранской армии, реорганизацию которой он держал под личным контролем. В результате Иран получил современную, хорошо оснащенную (вплоть до танков) армию, которой командовали офицеры-иранцы, что было весьма немаловажно.
Реза-шах сохранил парламентскую систему, но обольщаться по этому поводу не стоило, поскольку демократия была сугубо показной. На смену многопартийности пришла парламентская «фракция прогресса», в которую входили наиболее преданные шаху депутаты. Собственно, все депутаты были лоялистами, поскольку они назначались шахом, а выборы были имитацией, направленной на поддержание имиджа «демократического государства». В печати и на радио была введена строжайшая цензура, цензурировались даже детские сказки. Вот какой вред может нанести шахиншаху сказка о Плешивом Кечелеке?[324] Не спешите отвечать. Никакой. Лучше вспомните о том, что слово «кечелек» в тюркских языках означает «
Статистика – дело скучное, но хотя бы одну цифру нужно привести, потому что цифры помогают оценить масштабы преобразований лучше, чем слова. В правление Резы-шаха было проложено более двадцати тысяч километров шоссейных дорог, которые сделали всю страну доступной для автомобильного транспорта.
