Иранцы. Личный опыт полностью

А еще на исфаханском базаре вы своими глазами увидите, как делаются те или иные изделия. Ремесленники в своих лавках раскрашивают изразцы, покрывают ткани разноцветными узорами, чеканят рисунки на медных кувшинах — всего не перечислишь! В Иране всегда стремились даже самые простые, повседневные вещи превратить в произведения искусства. Персы верят: счастлив тот, кого постоянно окружает красота.

Дворец Чехель-сотун («Сорок колонн»), расположенный рядом со знаменитой площадью, чуть дальше по главной улице, удивит любого. Колонн всего двадцать, но иранцы сосчитали еще и их отражения в бассейне… Яркие фрески просторной главной залы позволят вам увидеть, как весело шах Аббас развлекал здесь гостей.

Чехель-сотун — мое самое любимое место в Иране. В саду дворца так легко представить себе давние времена, когда шах, удобно развалившись на тахте, прислушивался к звукам божественной музыки. В прохладных залах на коврах дипломаты обсуждали политические новости, а стройные служанки разносили блюда с фруктами.

Сегодня здесь весело резвятся школьники. Вернее — школьницы. В мой третий приезд девчушки в розовых формах и белых макнаэ внезапно настигли нас с подругой у входа во дворец. Мгновенно признав в нас иностранок, они сначала захотели с нами сфотографироваться, а потом стали просить телефоны. Через пять минут мы обе поняли, каково приходится кинозвездам и прочим знаменитостям. Девочки не отставали ни на шаг и просили автограф так искренне, что отказать им не было никакой возможности: даром что нас окружила толпа в тридцать-сорок человек. Пока мы старательно выводили свою фамилию арабскими буквами, маленькие иранки хвастались друг другу, кому и что мы написали. В конце концов мы распрощались с нашими поклонницами. Иначе непременно опоздали бы на последний автобус, уходивший в Йезд.

Если вы располагаете временем, непременно посмотрите на Качающиеся минареты (Минар Джомбан), расположенные в шести километрах от центра города. Они возведены над могилой Али-Абдуллы, дервиша XIV века. Неизвестно, было на то особое повеление Аллаха или же архитектор-виртуоз решил удивить потомков, но вот уже семьсот лет любой крепкий мужчина способен раскачать один из минаретов так, что все сооружение… покачивается в унисон. В последнее время раскачивать минареты разрешают изредка — видимо, побаиваются, что конструкция рано или поздно рухнет — и тогда нечем будет удивлять заезжих туристов.

Особый интерес представляет армянский квартал Исфахана. Работа ремесленников-армян, а также их предпринимательские способности в государстве Сефевидов всегда ценились особенно высоко. Именно поэтому, когда шах Аббас задумал превратить Исфахан в жемчужину империи, он перевез туда несколько сотен армянских мастеров из Джульфы, пожаловав им дома и земли. При этом армянам разрешили исповедовать собственную религию (весьма важный момент в те нелегкие времена), однако они селились лишь в одном из районов города. Так возникла удивительно красивая исфаханская «Джольфа». Сегодня там проживает более 7000 армян-христиан и действует тринадцать церквей.

Посетителю будет интересен собор Ванк — средоточие армяно-грегорианской веры в Иране, строгий снаружи, но превосходно украшенный внутри: смесь исламских и христианских элементов вообще характерна для церквей в Иране. Не менее любопытен и музей, содержащий более семисот старинных книг и других редкостей, связанных с жизнью армянской общины. Немалая доля экспозиции посвящена геноциду армян в Османской империи. Масштабы трагедии поражают — и приходится со стыдом признать, что нам известно о ней крайне мало.

Перечислить все достопримечательности Исфахана невозможно. Лишь погрузившись в особую атмосферу города, где старинные красоты сочетаются с современными, урбанизированными мотивами, можно узнать, какова она — столица шахов.