Шинид стиснула кулаки и замотала головой, отказываясь отвечать. И в эту минуту из-за мешка с зерном появился молодой козлик. Путаясь в тонких голенастых ножках, он смешно споткнулся и упал мордой в грязь.
– Ох, только не это! – в ужасе вскричала Фиона: у козлика были зеленые человеческие глаза, а на голове торчали пучки рыжих волос. Коннал! Однако его превращение оказалось неполным: на голове под рожками остались человеческие уши, а главное – да простит ее Господь! – он все еще был одет в штаны и рубашку!
Фиона кинулась к Шинид, схватила ее за руку, козлика – за загривок и потащила обоих в конюшню. Козлик протестующе заблеял. Ему вторил голос Шинид.
– Сейчас же все исправь, Шинид! – приказала Фиона, обмирая от стыда. Как она объяснит все это Шивон?!
– Он обозвал меня паршивой козявкой!
– Ну, деточка, ты только что доказала, что он был прав! – Шинид явно ошарашил столь суровый приговор, и Фиона наклонилась к самому ее лицу: – Ты пустила в ход свой дар, не умея толком с ним управляться! Представляешь, что будет с нами обеими, если кто-то об этом узнает? Мало я тебя предупреждала? Или ты забыла первую заповедь? Никому не причинять вреда! Быстро делай, что я велю, потому что ему больно!
Только теперь до Шинид дошло, что же она натворила. Девочка придвинулась к козлику, не обращая внимания на то, как угрожающе он выставил рожки. Она зажмурилась, опустив руки и сжав их в кулаки, и стала читать заклинание, как будто это была детская считалка. Наконец юная чародейка повелительным жестом воздела руки к небу. Ничего не произошло, и она беспомощно оглянулась на мать. Фиона встала рядом, еще раз повторив заклинание и медленно поднимая руки. Задние ноги козлика превратились в человеческие. Чем выше она поднимала руки, тем больше Коннал возвращался к своему естественному состоянию.
Наконец у Фионы вырвался вздох облегчения: мальчик рухнул на землю, едва дыша, но не сводя с Шинид яростного взора. Он коротко глянул на Фиону, и той стало ясно: Коннал знает, чья это дочь.
– Надо было законопатить тебя в бочку и продать старьевщику! – зарычал он, ринувшись на свою обидчицу. Но Шинид успела увернуться, и Коннал снова рухнул лицом в грязь.
– Коннал, мне так жаль… – Фиона заботливо склонилась над беднягой, желая ему помочь.
– Ты что, не можешь вправить ей мозги? – сердито ответил он.
– Судя по всему, это гораздо труднее, чем я думала, – пробормотала чародейка. Она заставила Шинид сесть на землю и ткнула ее в бок: – Проси прощения!
Как всегда, девчонка не замедлила продемонстрировать свое упрямство. Она гордо скрестила руки на груди и отрезала:
– Пусть первым попросит он!
– Чтобы я стал извиняться?… – От возмущения Коннал даже поперхнулся. – За то, что сказал правду? Нет, Шинид, ты настоящая паршивая козявка! Ты только и делаешь, что отравляешь мне жизнь своими выходками! – Он глянул на Фиону и добавил: – Сегодня утром она покрасила молоко в синий цвет. А у кур в курятнике выросли павлиньи перья!
– Ты больше не будешь отвечать за ее поступки, Коннал, – пообещала Фиона, устало вздохнув.
– Желаю удачи! – с сочувствием произнес мальчишка. Он был так измучен, что даже не обрадовался избавлению от непоседливой воспитанницы.
– Нет, одной удачи тут будет мало, – сурово промолвила Фиона, глядя на дочь. – Похоже, придется как следует ее выдрать!
С Шинид моментально слетела вся спесь.
– Прости меня, Коннал! – выпалила она.
Он буркнул в ответ что-то невнятное, все еще слишком злой, чтобы помириться, встал и протянул руку Фионе.
– Я прошу тебя не выдавать нашу тайну.
– Ты и глазом мигнуть не успеешь, как остальные поймут то, что уже понял я.
Он говорил чистую правду. Фиону пробрала дрожь при мысли о том, что скажет ей де Клер, когда вернется в замок.
– Знаю. – Шинид сделала было попытку скрыться, но Фиона дернула ее за руку и посмотрела так, что у проказницы отпало всякое желание своевольничать. – Придется все же рискнуть и открыто взять ее под свою опеку.
– А как же де Клер? Ведь это он приказал мне о ней заботиться.
– С ним я поговорю сама. – Реймонд уже разгадал их нехитрую тайну. Пройдет еще немного времени – и весь замок узнает о том, что Шинид – дочь чародейки и что ее дар почти не уступает таланту матери.
– Ступай займись делами.
– Ты уверена?
– Да, вполне. Но сперва… – На минуту оставив Шинид без присмотра, Фиона прочла короткое заклинание, проведя руками вдоль его тела. Мальчик почувствовал, как где-то в груди зарождается приятное тепло и растекается по всему телу до самых кончиков пальцев.
– Это что такое?
– Защитные чары. Теперь тебе не страшны заклинания Шинид.
Шинид запищала от возмущения и даже притопнула ножкой.
Коннал только улыбнулся в ответ на сердитую гримасу и высунутый язык своей мучительницы, оскорбленной в лучших чувствах.
– Надолго их хватит? – спросил он у Фионы. Та уже направлялась к двери, увлекая за собой зареванную Шинид.
– Пока я сама их не сниму.
Коннал довольно улыбнулся, стараясь не подать виду, как сжалось его сердце при виде слез на румяных щечках Шинид.
