Исчезающая в бездне полностью

– Поверить не могу, что ты решила сдаться после всего, что мы пережили! – сказала я. Сколько раз мне придется с ней прощаться?

– Ты же знаешь, что дело не в этом. Я уже умерла, Темпе. Мне было не больно. – Я повернулась к ней и увидела, как она пожала плечами. – Я перестала существовать. Лор не должен жертвовать собой ради меня.

– Думаешь, он достоин жизни больше тебя? – Я по-прежнему почти ничего о нем не знала, но при этом не сомневалась в том, что моя сестра достойна лучшей судьбы.

Раньше, чтобы не чувствовать боль, я старалась сконцентрироваться на том, что вызывало во мне гнев. К примеру, на том, как Элизия подвела меня и родителей, – чтобы убедить себя, что я не нуждаюсь в ней и не хочу, чтобы она была в моей жизни. Так мне было легче пережить ее уход.

Однако теперь я знала правду. Я хотела оживить ее, потому что скучала по ней и хотела, чтобы она вернулась. Почти два года я притворялась, что хочу воздать ей по заслугам. Но я обманывала себя.

Теперь все по-другому.

В глазах Элизии читалась ярость.

– Кто это решает, Темпе? Кто решает, кому жить, а кому умереть? Чья жизнь важна, а чья – нет? У каждого из нас есть родные и друзья. Каждого кто-то любит! Кто сказал, что я важнее Лора?

– Я.

Я повернулась навстречу ветру, стараясь сдержать слезы. Мне хотелось, чтобы свежий бриз охладил мои пылающие щеки.

– Не волнуйся, – сказала она, – скоро ты воссоединишься с мамой и папой, и все наладится.

– Мы же не знаем, точно ли они там! – сказала я срывающимся голосом. – Но даже если так, я не хочу тебя терять! – Мне надоело делать вид, что смерть Элизии не сломила меня. Она нужна мне. Она – мой компас, мой якорь. Без нее меня унесет в открытый океан. – Что я буду без тебя делать?

Она взяла меня за плечи и развернула к себе, чтобы видеть мое лицо.

– То же, что ты делала последние два года. Будешь продолжать жить.

– Жить? – усмехнулась я. – Я не жила, а выживала. Для того, чтобы снова тебя увидеть. Разве это жизнь?

Она сжала мою руку.

– На этот раз тебе придется постараться, ради меня. – Она присела на бортик и усадила меня рядом с собой. – Нам повезло, что нам выпал шанс провести это время вместе. Я не должна была воскресать, сама знаешь.

Я стиснула зубы, стараясь не заплакать. Рука Элизии была мягкой и теплой. А значит, она была настоящая, живая. Вот бы одного моего желания было достаточно, чтобы она осталась со мной! Вот бы Подводные боги услышали мои молитвы!

– Давай сосредоточимся на нашем деле, – сказала она. – Мы не можем терять время на разговоры, подобные этому. Ты должна быть сильной, ради меня.

Только сейчас я заметила, что она вся дрожит. Чем больше я настаивала, тем сильнее она расстраивалась. Во мне закипал гнев, который выплескивался на нее.

Я нужна Элизии. Хотя мне всегда казалось, что это она нужна мне. Что только в ней моя сила, опора и стержень. Я не могу ее подвести. Если мне не удастся показать ей, что я достаточно сильная, чтобы жить дальше, она не сможет спокойно умереть. Она боялась смерти только по одной причине: она не хотела оставлять меня одну.

Но больше такого не будет. Если она хочет, чтобы я нашла в себе силы это пережить, то я найду их, ради нее.

Я прекрасно умела притворяться. Последние два года я только этим и занималась. Я буду изображать из себя сильную до самого конца, пока все не закончится и больше уже ничего нельзя будет сделать.

Я буду притворяться. До ее последнего вздоха.

Лор спустился вниз. Мы не стали его связывать, это было уже ни к чему. Теперь мы знали, что нужны ему больше, чем он нам, поэтому он никуда не денется.

– Все в порядке? – спросил Лор, когда я подошла к нему. – То есть я понимаю, что нет, но…

Я махнула рукой, показав, что не нужно ничего объяснять.

– Да.

– Мне очень жаль, Темпе! – сказал он, назвав меня уменьшительным именем. И, несмотря на то, что я часто представлялась как Темпе, а не Темпеста, я не ожидала услышать это от Лора. Мне стало как-то не по себе.

– Возьми! – Я протянула ему рыбный батончик и фляжку с водой.

Он жадно припал к фляжке, а затем набросился на еду.

Я села, прижавшись к стене каюты, и вытянула ноги перед собой. Ритмичный стук волн о катер помог мне успокоиться. Я справлюсь, мне придется сосредоточиться. Я буду сильной ради Элизии.

Съев батончик и выпив всю воду, Лор откинулся назад. Мне показалось, что он уже не такой бледный, как после обморока.

– Спасибо! – проговорил он. – Несмотря на всю мою ложь, на самом деле я понимаю, как тебе тяжело.

– Сегодня самый ужасный день моей жизни. – Я впервые отчетливо осознала, какое это счастье – дышать полной грудью, как здорово жить. – Возвращение Элизии было для меня таким счастьем, а теперь оно обернулось бедой.

– Невозможно привыкнуть к смерти.

– Что бы ты сделал на моем месте? – спросила я.

Он ехидно улыбнулся.

– На твоем месте я бы столкнул меня в океан. – Но, увидев, что я не смеюсь, он осекся. – Я знаю, что ты выше этого. Ты не убийца.