Ева потянулась к телефону, хотела поговорить сама, но Марина остановила ее жестом руки. Она сказала следователю, что нашла черную машину, а на зеркале заднего вида Аленин брелок от телефона. Хозяина машины зовут Егор Гусаков. Он иногда бывает в городе. Его сейчас нет дома, ставни закрыты. Со следователем теперь говорила не мать, а журналистка. Она перечисляла факты.
— Скажите ему про Лилю, — шепотом посоветовал Чега.
А еще Лиля. Лиля… Позади Чеги — Наташина тень.
— Солодякова, — подсказала она. — Лилия Константиновна.
Солодякова Лилия Константиновна, продолжала Марина. Пропала четыре года назад. И Егор Гусаков. Алена. Соня. «Тойота». Ее цвет, размер. Это внедорожник.
— Вы видели машину своими глазами? — переспросил следователь. Марина ответила, что своими. — Егор Гусаков был за рулем? Вы видели его? Он вас видел?
На окнах тонировка. Машина на подъезде к дому. Он был дома или нет? Может, наблюдал за ними? Но… Нет, ответила Марина. Скорее всего, нет. Нет.
— Где вы сейчас?
Над ними мигали огни уличных фонарей. В Эссо, ответила Марина.
— Вы одна?
Она встретилась взглядом с Евой и ответила: с друзьями.
— Сколько их?
Четверо.
— Друзья знают обо всем? Вы рассказали про Гусакова кому-то еще?
Да. Нет.
— Хорошо. Ничего никому не говорите. — Немного помолчав, следователь спросил: — Марина Александровна, вы уверены?
Она кивнула. Ряховский ждал ответа. Марина сказала: да.
— Я перезвоню вам через два часа. Или три. Постараюсь найти генерал-майора. Мы вышлем вертолет. Вы сказали, хозяина не было дома, верно? — Верно. — Он не должен знать, что мы едем. Я могу перезвонить вам по этому номеру? Послушайте меня внимательно. Не возвращайтесь туда, понятно? Держитесь подальше от дома. Передайте мои слова друзьям. Найдите укромное место и ждите моего звонка.
Через два часа?
— Сначала я должен найти начальника. Мы начнем готовить полет. Вылетим в Эссо. — На другом конце провода наступила тишина. Ряховский считал. — Через три.
Но вы приедете?
— Выезжаем.
Марина сказала, что будет ждать. Она все время ждала. Ева опять потянулась к телефону, Марина передала ей трубку. Следователь повторил подруге план действий. В желтом свете фонаря Чега листал фотографии на экране камеры. Наташа смотрела перед собой невидящими глазами.
Решено: они поедут в лагерь, заберут вещи, а потом вернутся в Эссо, там ловит связь, там и дождутся звонка от Ряховского. Чега предложил Марине, Еве и Пете остановиться у него. Он живет с женой и дочерью. Марина услышала, как Ева с Петей согласились. Парень хочет помочь, но ведет себя как все, с кем она познакомилась в этом году. Хочет быть героем этой истории. Робко вмешалась Наташа, приглашая друзей остаться у нее.
— Кто из вас живет ближе к дому Гусакова? — поинтересовался Петя.
Чега с Наташей переглянулись.
— Разницы нет. Мы живем на соседних улицах. Эссо — село маленькое.
— А ваша мама не будет против? — спросила у Наташи Марина.
— Во время фестиваля она живет в лагере. — Ева кивнула. Наташа продолжала: — Познакомлю вас со своими.
Эссо осталось позади. Дома отдалялись друг от друга, земля под колесами становилась все жестче. Вдоль дороги снова появилась река. Марина всматривалась в черный лес. Еще два или три часа; после полуночи она услышит гул вертолета.
Приехали на парковку перед фестивальной площадкой. Из-за забора доносилась современная электронная музыка.
— Пойдешь собираться с нами или подождешь в машине? — спросила Ева.
Марина ничего не чувствовала: ни легкие, ни шею, ни мягкую обивку сиденья за спиной; даже ладони не болели, хотя она била ими по стеклу. Вообще ничего не болело. Новое чувство; оказывается, так бывает.
— Соберите сами, пожалуйста, — попросила она.
Петя погладил Марину по ноге.
— Мы быстро, — пообещала Ева.
Наташа тоже вышла из машины, чтобы выпустить Чегу. Он приобнял Марину и ушел. Марина будто наблюдала за происходящим со стороны. Наташа снова села в машину. Дверцу оставила открытой.
Это сон, подумала Марина. Наяву с ней бы ничего подобного не произошло.
Опустилась прохладная ночь, играла громкая музыка. Марина посмотрела на часы на экране телефона, потом запрокинула голову и сложила онемевшие губы буквой «о». Наташа смотрела на поляну. Она что-то сказала, Марина не расслышала и переспросила.
Наташа прокашлялась:
— Скоро начнется церемония.
В колонках грохотали барабаны. Марина много чего успела изучить; например, она узнала о том, что тело человека после похорон полностью разлагается за десять лет. Она подумала, что Соня с Аленой лежат в огороде этого Егора Гусакова. Час назад она стояла на их могилах. Долгие тяжелые месяцы женщина собирала информацию, и теперь эта мысль не успокаивала, но и не доводила до отчаяния. Она просто плавала на поверхности сознания, как деревянная щепка. Десять лет. Мысль будто покачивалась на воде.
— Я все время искала то, что вы нашли сегодня, — сказала Наташа, не поворачивая головы. — Ответы.
Марина опять посмотрела на экран телефона. Ряховский сказал, позвонит часа через два.
— Хоть какие-то, — продолжала Наташа. Ее далекий голос звучал невыразительно. — Я рада за вас.
