– Должно быть, мы разговаривали дольше, чем мне казалось, – попыталась оправдаться Кирсти.
Бэт была убеждена, что поймала ее на лжи.
– Должно быть, – обронила она.
– Провалы в памяти. Говорю же, мы пили с пяти.
– Столько спиртного могло бы меня прикончить.
Бэт понимала, что ничего этим не добьется, но была уверена в неискренности Кирсти насчет той ночи. Мало того, Кирсти не было известно то, что знала Бэт из дневника Элис, так что она пошла ва-банк.
– Ты снова ее поцеловала, верно, Кирсти? – спросила она резко.
Глаза девушки панически расширились.
– Здесь, в твоей комнате, – безжалостно продолжала Бэт.
– Кто?.. – Сейчас Кирсти выглядела испуганной и сбитой с толку.
– Кто мне это сказал? Ты и сказала. Только что.
– Никогда…
– Не прямо, конечно. Ваш поцелуй длился три минуты, после чего вы отправились к тебе. Налили вина, потому что, возможно, не хотели протрезветь. Потом обе поднялись наверх и беседовали… может, пару часов. – Она вопросительно уставилась на Кирсти. – Но ты сказала, что это продолжалось всего несколько минут.
– Я едва помню тот вечер, не говоря уж о его завершении.
– Ты подробно описала события в пабе, Кирсти. И была достаточно трезва, чтобы налить вина из холодильника и включить музыку. Затем вы, скорее всего, сели на кровать и поговорили о том, что случилось.
– Да, мы славно посмеялись.
– Вы решили повторить?
– О, пожалуйста! – взмолилась она.
– Почему нет? Если вы наслаждались поцелуем, почему не сделать это снова, без публики? Это не преступление, Кирсти. Ты любишь подругу.
– Ничего не было, – глухо повторила Кирсти таким тоном, что Бэт сразу поверила в обратное. Было.
Настало время разыграть единственную оставшуюся карту.
– Элис сказала, что у тебя была тайна.
– Что? Когда она это сказала? – встревожилась Кирсти.
– Мы видели отрывок из ее дневника.
Бэт пришлось сосредоточиться, чтобы точно вспомнить слова:
– «Кирсти и я – мы обе знаем маленькую тайну Кирсти, а некоторые тайны должны оставаться тайнами, пока не придет пора раскрыть их. Так что из уважения к Кирсти я держу язык за зубами, как и должна».
Судя по виду, Кирсти готова была разразиться слезами. Она часто моргала и старалась взять себя в руки.
– Кирсти, очень важно, чтобы ты сказала мне правду, особенно если она как-то связана с исчезновением Элис.
– Не связана, – резко бросила она.
– В таком случае ты окажешься вне подозрений, – заверила Бэт. – Но только если честно расскажешь, что случилось. Иначе мы посчитаем, что тебе есть что скрывать. Больше никто не позволит тебе роскошь иметь секреты, когда пропала молодая девушка.
– Она сбежала не из-за меня, – твердо заявила Кирсти. – Я ничего не сделала и ужасно тревожусь за нее.
– Что случилось тем вечером, Кирсти?
Кирсти с силой обхватила руками и прижала к себе подушку, словно в поисках утешения. Судя по виду, она мечтала оказаться сейчас где угодно, только не здесь. И пересказывала Бэт события той ночи равнодушно, даже безучастно:
– Я была очень пьяна, и Элис тоже. Помню, что во рту пересохло и я больше не хотела пить, но мы все равно опрокинули по стаканчику и рассмеялись. Элис вынула из кармана смятые пятерки и улыбнулась, мол: «Вау, нам заплатили», а я улыбнулась в ответ: «Мы такие молодцы!» Элис отдала мою долю, и мне пришлось перегнуться через нее, чтобы положить деньги на тумбочку, а она сказала: «Кладешь на тумбочку, как шлюха», а я ответила: «Я была бы неплоха». Потом спросила ее, как я целуюсь, лучше или хуже Криса и Тони.
– Что она ответила?
– Лучше, чем Тони, и хуже, чем Крис. Добавила, что Тони лезет в рот языком, что, в общем, неплохо, но под конец не можешь дышать. Потом она еще сказала: «А у Криса вечно сжаты губы, как и у тебя, но я постаралась их разжать, и практики у него было хоть отбавляй». Я ей сказала, что не виновата, если даже и сжимала губы. Я ничего такого не ожидала. А еще на нас смотрели. Обычно я целуюсь лучше. Она стала меня подначивать: «Это ты так говоришь» – и все в таком роде. Мы умирали со смеху, вот я и толкнула ее на кровать и сделала вид, что пригвоздила к матрасу, а потом объявила: «Готовься, сейчас тебя зацелуют».
– Я не спрашивала разрешения. Но она не сказала и не сделала ничего, чтобы меня остановить, и продолжала смеяться.
– Ты поцеловала ее?
– Да.
– И?
– Это казалось самым естественным в мире, – призналась Кирсти, – и никто не был удивлен больше меня. Я открыла глаза, чтобы проверить, как там Элис, и увидела, что ее глаза закрыты. Так я поняла, что Элис тоже этого хотела, поэтому и поцеловала ее по-настоящему. Я не могла поверить, что все происходит на самом деле.
– Но было ощущение, что ты поступаешь правильно, да?
Кирсти кивнула:
– И это продолжалось очень долго.
– Что было потом?
– Я потребовала: «Ну теперь скажи мне, что я не так хороша, как Крис» – и наклонилась, чтобы снова ее поцеловать, но она вдруг села и сказала: «Я больше не хочу. Мне нужно идти». И она ушла. Словно заклятие разрушилось.
Бэт видела, что рассказ о том вечере дался Кирсти тяжело. Она выглядела изможденной.
