— Тамра с Нидией. — мама сказала это так, как будто это была достаточная причина, чтобы оставаться на месте. И это действительно так. Даже если я хотела покинуть стаю, я никогда бы не ушла без сестры. Особенно сейчас. Моя грудь неожиданно сжалась при мысли, через что ей пришлось пройти. Она должно быть так запутана, так ...потеряна.
— Я никогда не уеду отсюда без Тамры, — проговорила мама, вторя моим мыслям. Ее горячий взгляд устремился на меня, будто вынуждая сказать хоть что-то против этого.
Я поглядела в сторону, затем на свои руки, снова на окно, куда угодно, только не на нее. Я не хотела, чтобы она видела: я понимаю между строк. Понимаю, что говорил ее злой взгляд
Может быть, я несправедлива. Может быть, это моя вина и она вообще так не думала.
Мама вздохнула, и я снова посмотрела на нее, наблюдая, как та проводит рукой по волосам. Различила несколько седых прядей в ее кудрях. Впервые.
— Не могу поверить, что мы вернулись, — пробурчала она. — Там же, где и начинали. В худшем положении, чем раньше.
Я съежилась, чувствуя, что этот удар направлен на меня. Потому что это моя вина, что мы снова дома. Это все моя вина. Я знала это. И она тоже.
— Я устала, — сказала я. В принципе я и не лгала. Я не спала с тех пор, как мы уехали из Чапаралла, мысли путались во всем, что произошло. Во всех моих колоссальных ошибках. И Уилл — где же он сейчас, что он делает, о чем думает, помнит ли. Есть ли хоть какие-то проблески в его воспоминаниях.
Я направилась в сторону своей комнаты, чувствуя себя старше, чем когда-либо.
— Джасинда.
Я остановилась и оглянулась через плечо на звук своего имени. У мамы было непонятное выражение лица, и эффект только усиливался, так как половина ее лица находилась в тени.
— Ты...— я услышала, как она вздохнула, перед тем, как продолжить. — Этот парень. Уилл...
— Что? — Хотя Уилл — последнее, о чем я хотела говорить сейчас, я должна была ей ответить. Даже если это означало бередить свежую рану.
— Ты сможешь забыть его? — в ее голосе безошибочно слышались нотки надежды.
Мои мысли вернулись к Большой Скале. Как Уилл скользил вниз по каменистому склону, проваливаясь в темноту. У меня не было выбора. Я должна была превратиться. Должна была спасти его. Даже если охотники видели меня.
У меня не было выбора тогда. Не было его и сейчас.
— Я должна его забыть, — ответила я коротко.
Мамин янтарный взгляд засиял в понимании.
— Но сможешь ли ты?
На этот раз я не ответила. Потому что слова ничего не значат. Я покажу ей, докажу, что она снова может доверять мне. Всем докажу.
Повернувшись, я направилась в комнату, проходя мимо фотографий семьи, которой мы были раньше. Красивый отец, улыбающаяся мать и две счастливые сестры, которые не знали тогда, что они такие разные. Как бы мы узнали, что ожидало нас в реальности?
Сбрасывая обувь, я надела старую футболку и шорты из шкафа. Мои глаза, застеленные пеленой сна, лишь мельком взглянули на светящиеся звезды, рассеянные по потолку, перед тем как веки закрылись.
Казалось, что уже через минуту кто-то тряс меня, вырывая из сонных объятий.
— Джасинда! Просыпайся!
Я подняла голову с подушки и устало посмотрела на Эз. Я была рада ее видеть, но сейчас мне больше всего хотелось положить голову на подушку и снова погрузиться в сон, где чувство вины и сердечная боль не достали бы меня.
— Эз, — я моргнула сонными глазами, — как ты попала сюда?
— Мой дядя, Кел, дежурит у вашего дома. Он впустил меня.
Точно. Дядя Эз был одним из старейшин, что уставились на меня так, будто я была преступником. Думаю, так и есть. В какой-то степени. Я под домашним арестом, в конце концов.
— Рада тебя видеть, — пробормотала я устало.
— Рада тебя видеть? — Она ударила меня подушкой. — Это все, что ты можешь сказать после того, как оставила меня одну и сбежала черт знает куда?
— Мама была порядком настойчива. — Сейчас не время объяснять, почему мы ушли — что стая хотела сделать со мной. Может, до сих пор хочет.
Потом я вспомнила, что Эз была со мной тем утром, когда я чуть не попалась Уиллу и его семье. Мы обе нарушили священное правило — летали при дневном свете. Я села и посмотрела на нее с беспокойством.
— Ты же не попала в неприятности, правда? За полет со мной?
Эз закатила глаза.
— Они меня хотели наказать, а потом обнаружили, что вы сбежали. И про меня все забыли, вот и все.
Я выдохнула и с облегчением упала обратно на кровать. По крайней мере, этого нет на моей совести.
Эз отбросила темно-синие волосы с плеч и наклонилась надо мной, ее глаза блестели от волнения.
— Ты не представляешь, что здесь творилось с тех пор, как ты ушла.
Я повернулась и обняла подушку.
— Прости, Эз. — Видимо моя совесть никогда не будет полностью спокойна. Правда, я мало думала об Эз, пока нас не было. Мне хватало переживаний в Чапаралле, чтобы никто не узнал про меня.
Усталый выдох вырвался изнутри. В последнее время я только и делала, что извинялась.
— Что ж, по крайней мере, ты дома, — вздохнула Эз. — Может, все теперь вернется в привычное русло.
