— Больше двадцати лет. Переехала сюда с детьми почти сразу после смерти мужа. Он умер 16 ноября 1993 года, в свой день рождения.
— Вы встречались с Меган в период после вашего переезда до ее гибели?
— Да, она регулярно приезжала в Корам меня проведать. Иногда привозила мне блюда собственного изготовления или хорошую книжку. Честно говоря, я ее ни о чем не просила, она слегка навязывалась. Но это шло от доброты.
— Меган была счастлива?
— Да, все при ней. Очень нравилась мужчинам, они прямо в обморок падали от нее. Злые языки скажут, что книжный магазин в Орфеа тогда процветал только благодаря ей.
— То есть она часто изменяла мужу?
— Я не это имела в виду. К тому же она была не из тех, кто ищет приключений.
— Почему нет?
— Не знаю, — поморщилась Фелисити Дэниелс. — Может, потому, что ей не хватало храбрости. Опасная жизнь не для нее.
— Тем не менее, судя по дневнику Меган, в последние месяцы жизни у нее была связь.
— Неужели? — удивилась Фелисити.
— Да, с мужчиной, которого она встретила 31 декабря 1993 года в отеле «Северная роза» в Бриджхэмптоне. Меган упоминает регулярные свидания с ним до начала июня 1994 года. А потом — ничего. Она вам никогда об этом не говорила?
— Никогда, — твердо ответила Фелисити. — Кто это был?
— Не знаю, — ответила Анна. — Я надеялась, что вы сможете нам что-то о нем рассказать. Меган никогда вам не говорила, что ей угрожают?
— Угрожают? О боже, нет! Послушайте, наверняка есть люди, которые знали ее лучше, чем я. Почему вы меня про все это спрашиваете?
— Потому что в дневнике Меган написано, что в феврале 1994 года вы ей что-то рассказали про мэра Орфеа, Джозефа Гордона, и ее это изрядно взволновало.
— Господи, — прошептала Фелисити, зажав рот рукой.
— О чем вы рассказали? — спросила Анна.
— О Люке, моем муже, — еле слышно ответила Фелисити. — Не надо мне было ей ничего говорить.
— Что случилось с вашим мужем?
— Люк увяз в долгах. У него была фирма по производству кондиционеров, она прогорела. Ему пришлось уволить всех работников. Он оказался в полном тупике. И месяцами никому ничего не говорил. Я это все обнаружила накануне его смерти. Потом мне пришлось продать дом, чтобы расплатиться по его векселям. Я уехала с детьми из Орфеа и нашла место продавщицы.
— Миссис Дэниелс, как умер ваш муж?
— Покончил с собой. Повесился у себя в комнате в свой день рождения, вечером.
3
Под вечер того дня Меган заехала к Фелисити в ее съемную меблированную квартиру в Кораме. Привезла ей лазанью и нашла ее в полнейшем отчаянии. Дети ссорились, не желали делать уроки, в гостиной был беспорядок, Фелисити лежала на диване и плакала, не в силах справиться с ситуацией.
Меган взяла дело в свои руки: призвала к порядку детей, помогла им с домашними заданиями, потом отослала в душ, накормила ужином и уложила спать. Затем открыла принесенную с собой бутылку вина и налила Фелисити полный бокал.
Фелисити не с кем было поделиться, и она раскрыла Меган душу:
— Я так больше не могу, Мег. Если бы ты знала, что говорят люди про Люка. Что он трус, повесился у себя в комнате, пока жена и дети готовили ему праздник на первом этаже. Я вижу, как на меня косятся родители других учеников. Не могу больше видеть это снисходительное осуждение, невыносимо.
— Очень сочувствую, — сказала Меган.
Фелисити пожала плечами, налила себе еще вина и залпом выпила. Алкоголь подействовал, и после долгой печальной паузы она наконец сказала:
— Люк всегда был слишком честным. И вот чем это кончилось.
— Что ты хочешь сказать? — спросила Меган.
— Ничего.
— Ну нет, Фелисити. Сказала «а», так уж договаривай!
— Меган, но ты должна мне обещать, что никому не скажешь.
— Конечно, можешь на меня положиться.
— Дела у фирмы Люка в последние годы шли очень хорошо. Вообще у нас все было хорошо. До того самого дня, когда Гордон назначил ему встречу у себя в кабинете. Как раз перед началом работ по ремонту муниципальных зданий. Гордон сказал Люку, что даст ему все заказы по вентиляционным системам в обмен на некоторую сумму денег.
— То есть за взятку? — спросила Меган.
