— Хочется дать вам шанс, Скотт. Вы с Джесси мне нравитесь. Но смотрите не облажайтесь. Ведь когда ваши коллеги узнают, что я доверил вам такое важное дело, крику не оберешься. С другой стороны, могли бы просто быть здесь! Где их всех, к дьяволу, носит? Разъехались по отпускам, что ли? Дебилы недоделанные…
Майор окликнул Джесси и гаркнул в сторону, так чтобы всем было слышно:
— Скотт и Розенберг, поручаю расследование дела вам!
Мы с Джесси были полны решимости оправдать доверие майора. Всю ночь мы провели в Орфеа, собирали первые сведения. Когда я высадил Джесси у его дома в Куинсе, было почти семь утра. Он предложил мне зайти выпить кофе, я согласился. Мы оба валились с ног от усталости, но были слишком взбудоражены, чтобы уснуть. На кухне, пока Джесси возился с кофеваркой, я стал записывать свои соображения.
— Кто мог иметь такой зуб на мэра, чтобы убить его вместе с женой и сыном? — произнес я вслух, написал эту фразу на листочке и прилепил на холодильник.
— Надо расспросить его близких, — предложил Джесси.
— Что все они делали дома во время открытия театрального фестиваля? Они должны были быть в Большом театре. Да еще эти чемоданы с одеждой в машине. По-моему, они собирались уехать.
— Спасались бегством? Но почему?
— Это-то мы и должны выяснить, Джесси.
Я прилепил на холодильник второй листочек, а он написал на нем:
В дверях кухни появилась сонная Наташа — наверно, ее разбудили наши голоса.
— Что такое стряслось вчера вечером? — спросила она, прижимаясь к Джесси.
— Резня, — ответил я.
— «Убийства на театральном фестивале», — прочитала Наташа на дверце, открывая холодильник. — Звучит как хорошая детективная пьеса.
— Может, это она и есть, — кивнул Джесси.
Наташа достала молоко, яйца, муку и, выставив их на стойку, собралась жарить оладьи; налила себе кофе, еще раз взглянула на бумажки и спросила:
— Ну, какие у вас предположения?
Воскресенье, 29 июня 2014 года
Поиски Стефани не давали ровным счетом ничего.
Уже сутки весь округ был на ногах. Тщетно. Подразделения полиции и волонтеры прочесывали окрестности. Приступили к работе группы кинологов и водолазов, был вызван вертолет. Волонтеры расклеивали объявления в супермаркетах, обходили магазины и заправочные станции в надежде, что какой-нибудь посетитель или служащий заметил Стефани. Мейлеры-старшие выступили с заявлением в прессе и на местном телевидении, показали фотографию дочери и призвали всякого, кто ее увидит, немедленно известить полицию.
Все рвались участвовать в общем деле. «Кодиак» угощал прохладительными напитками всех, кто принимал участие в поисках. «Палас дю Лак», один из самых шикарных отелей, расположенных в окрестностях Орфеа, предоставил одну из своих гостиных в распоряжение полиции. Помещение использовалось как сборный пункт волонтеров, желающих присоединиться к операции: оттуда их направляли в зону поисков.
Мы с Анной сидели в ее кабинете в полиции Орфеа и продолжали расследование. Поездка Стефани в Лос-Анджелес оставалась полной загадкой. Именно по возвращении из Калифорнии она внезапно сблизилась с полицейским Шоном О’Доннелом и стала всеми силами рваться в полицейский архив. Что она там могла найти? Мы связались с отелем, где она останавливалась, но ничего полезного нам не сообщили. Зато, разбираясь с ее регулярными поездками в Нью-Йорк — они подтверждались списаниями дорожной пошлины с ее кредитной карты, — мы обнаружили, что у нее было несколько штрафов за парковку в неположенном месте и за превышение времени; ее машина даже побывала на штрафстоянке. Причем произошло это все на одной и той же улице. Анна без труда нашла список находящихся на улице учреждений: рестораны, врачебные кабинеты, адвокатские конторы, хиропрактики, прачечная. А главное — редакция «Нью-Йорк литерари ревью».
— Как это? — удивился я. — Мать Стефани утверждает, что дочь в сентябре уволили из «Нью-Йорк литерари ревью» и она как раз поэтому переехала в Орфеа. Зачем ей туда ездить? Какой смысл?
— Так или иначе, даты дорожной пошлины совпадают с датами штрафов, — сказала Анна. — И, насколько я вижу, протокол на нее составляли в точках, расположенных неподалеку от здания, где находится редакция журнала. Давай позвоним главному редактору и спросим, — предложила она, доставая телефон.
Номер она набрать не успела: в дверь постучали. Пришел офицер из группы криминалистов полиции штата.
— Принес вам результаты, вот что мы нашли в квартире и в машине Стефани Мейлер, — сказал он, помахав толстым конвертом. — Думаю, вам будет интересно.
Он присел на краешек стола для совещаний.
— Начнем с квартиры. Подтверждаю, мы имеем дело с поджогом. Присутствуют следы горючей жидкости. И подожгла квартиру не Стефани Мейлер — если вы вдруг сомневаетесь.
— Почему не она? — спросил я.
Полицейский показал пластиковый пакет с пачками банкнот:
— Мы обнаружили в квартире десять тысяч долларов наличными. Они были спрятаны в резервуаре итальянской кофемашины, поэтому остались целы.
