– Вот этим-то мы с тобой и займемся. Ты же ощутишь только полное расслабление, а после сеанса будешь чувствовать себя так, словно хорошо выспалась… У вас есть вопросы? – повернулась она к сидящим в комнате.
– А вы делали подобное раньше? То есть я хочу сказать, с жертвами? – сделал шаг вперед мистер Трумэн.
Ким заметила, как Джулия посмотрела на мужа. Ведь их «жертва» слышала каждое его слово.
Барбра утвердительно кивнула. Стоун видела, что она не отпускает руку девочки, и поняла, что врач пытается наладить со своей пациенткой доверительные отношения. А еще Ким заметила, что Барбра незаметно контролирует частоту сердцебиений девочки. Ей очень понравились манеры врача. Испуганный пациент не смог бы положительно реагировать на саму процедуру, а судя по положению тела Эмили, девочка начала расслабляться. Ее плечи теперь касались спинки дивана.
– Да, мистер Трумэн. Я делала это много раз. Я помогала многим жертвам вспоминать детали произошедшего с ними. Иногда с момента преступления проходили десятилетия.
– А насколько велик шанс возникновения побочных эффектов? – спросила Джулия.
– Мы же с вами не на сцене, – покачала головой Барбра. – Мы только постараемся слегка приоткрыть завесу, чтобы посмотреть, что за ней скрывается. Так что единственным побочным эффектом будет то, что все, что нам удастся вспомнить, больше уже не забудется. – Тут Барбра повернулась к Эмили. – И я хочу, чтобы ты это понимала.
Девочка посмотрела на мать, которая, в свою очередь, испуганно посмотрела на Ким.
– Эмили уже и так достаточно точно воспроизводит все, что с ней произошло, – вмешалась Стоун. – Сейчас мы попытаемся только выяснить забытые или намеренно подавленные ее психикой детали.
Слегка успокоившись, миссис Трумэн кивнула.
Барбра подождала еще несколько мгновений, и так как никаких вопросов больше не последовало, она пожала руку девочки и встала.
– Ну что ж, я готова начинать, но я не могу допустить всех вас в кабинет. Это будет слишком давить на девочку. Пройти с нами могут только двое.
В ту же секунду Брайант сделал шаг назад, а Джулия – шаг вперед.
Ким посмотрела на мистера Трумэна. На его лице было написано желание быть рядом с дочерью, но он кивнул Ким. Та жестом поблагодарила его.
Барбра открыла дверь в процедурный кабинет и пригласила Джулию и Эмили войти. Ким она задержала на пороге.
– Что конкретно мы хотим узнать, инспектор? – спросила доктор так, чтобы слышала только Ким. – Как выглядел преступник или…
– Место, – ответила Ким. – Нам нужна любая информация, которая поможет определить, где ее прятали.
Барбра кивнула и вошла в комнату. Ким последовала за ней.
– Отлично, Эмили. Устраивайся в этом большом кресле. А вы, миссис Трумэн, не стесняйтесь и садитесь рядом.
Ким закрыла за собой дверь и, оставшись стоять в углу, достала телефон.
– Вы позволите мне записать сеанс? – спросила она. Джулия и Барбра кивнули в знак согласия.
Большое кресло, которое поглотило Эмили, было сделано из мягкой коричневой кожи, а его спинка находилась в промежуточном положении между горизонтальным и вертикальным. Джулия села справа от дочери, а Барбра – слева.
– Устраивайся поудобнее, Эмили. Постарайся найти позу, в которой ты полностью расслабишься.
Девочка немного поерзала и кивнула.
Свет с улицы приглушался вертикальными жалюзи, а на стене напротив кресла висели черно-белые фотографии различных городов.
– Умница. А теперь тебе надо смотреть на одну из этих картинок на стене. Неважно на какую. Выбери ту, которая тебе больше всего нравится, и смотри только на нее.
Эмили кивнула и выбрала фотографию Нью-Йорка.
– Дыши глубоко, спокойно и ровно. Вдыхай через нос на счет раз-два-три-четыре-пять – а потом выдыхай воздух через рот. Умница. Итак, через нос: раз-два-три…
Ким заметила, что голос Барбры понизился до негромкого мягкого шепота с ритмичными колебаниями. Левая рука Джулии задрожала. Стоун поймала ее взгляд и улыбнулась, благодарная женщине за помощь.
Инспектор вновь перевела глаза на Эмили как раз в тот момент, когда ее веки задрожали и глаза закрылись.
– Хорошо, Эмили. Я хочу, чтобы ты вспомнила день, когда тебя похитили. Тебя поместили в кузов фургона. А теперь расскажи мне про поездку.
– Я и Сьюзи… плачем… боимся…
– Ты что-нибудь видишь вокруг?
– Темно. – Эмили покачала головой.
– А машина едет ровно или вас трясет?
– Сначала ровно, а потом трясет. Стараемся удержаться, но нас мотает по кузову. Сьюзи ударилась головой.
Ким мысленно анализировала услышанное. Возможно, их везли по проселочной дороге.
– Дальше, Эмили. Расскажи, что случилось, когда дверь фургона открылась.
– Голова… закрыта… Мешок…
Веки девочки задрожали, и Джулия сжала челюсти.
– Они закрыли тебе лицо?
Эмили кивнула.
– А ты что-нибудь слышишь, Эмили?
– Нет… тишина…
– Чувствуешь какие-то запахи?
– Грязь… под ногами…
– Твои ноги в грязи, Эмили?
– Глубоко, – кивает Эмили.
– Тебя ведут в какое-то здание?
– Холодно… лестница… стены… холодно… – Эмили кивает еще раз.
– Тебя ведут вниз?
– Рука… вот здесь… – Эмили показала на затылок. – Толкает вниз…
Джулия закрыла глаза и прикусила нижнюю губу.
– Стены… сырые… холодно…
