Исчезнувший полностью

Однако к тому времени когда Мальэрик добрался до задней двери дома Калверта, все необходимые инструменты были у него уже в руках.

Тонкое искусство отпирания замков Мальэрик изучал в течение многих лет, это было едва ли не первое, чему его обучил наставник. Взломщик использует два инструмента — один из них вставляет в замок и поворачивает там, чтобы поджать фиксаторы; второй — это собственно отмычка, которая отодвигает каждый фиксатор замка, с тем чтобы тот открылся.

Если отодвигать их по одному, иногда уходит довольно много времени, но Мальэрик владел очень трудной технологией под названием «очистка»: при этом необходимо быстро двигать отмычку вперед и назад. Очистка сработает лишь в том случае, когда взломщик точно чувствует вращающий момент цилиндра и давление на фиксаторы. С помощью инструментов длиной в несколько сантиметров Мальэрик сумел не более чем за тридцать секунд открыть оба замка — на двери подъезда и в квартире Калверта.

Не кажется ли вам это совершенно невероятным, почтеннейшая публика?

Но уж такова задача иллюзиониста — сделать невозможное реальным.

Остановившись перед входом в подземку, Мальэрик купил «Нью-Йорк таймс» и бегло пролистал газету. За ним как будто никто не следил. Постояв еще немного, он быстро спустился к поезду. Осторожный исполнитель на его месте подождал бы, чтобы наверняка убедиться в отсутствии «хвоста», но Мальэрик спешил. Следующий номер будет довольно сложным — он бросил себе настоящий вызов, поэтому должен подготовиться.

Он ведь не хочет разочаровать своих зрителей.

— Это ужасно, Райм, — стоя в дверях квартиры 1J, сказала в микрофон Амелия Сакс.

Рано утром Лон Селлитто поручил диспетчерам Центральной докладывать ему обо всех убийствах в Нью-Йорке. Когда пришло сообщение именно об этом убийстве, они сразу решили, что работал Кудесник: прежде всего об этом свидетельствовала та загадочная легкость, с какой он проник в квартиру жертвы. Однако главным доводом в пользу такой версии были разбитые наручные часы — точно так же убийца поступил тогда с часами студентки.

Смерть тем не менее наступила по другой причине. Именно это и потрясло Сакс. Пока Селлитто в подъезде отдавал указания детективам и патрульным, Сакс осматривала несчастную жертву — молодого человека по имени Энтони Калверт.

Он лежал на спине, распростертый на стоящем в гостиной кофейном столике, руки и ноги его были раскинуты в стороны и привязаны к ножкам стола. Живот был распилен до самого позвоночника.

Сейчас Сакс описывала это Райму.

— Что ж, — без всяких эмоций заметил Линкольн Райм, — убийца довольно последователен.

— Последователен?

— Я бы сказал, что он продолжает магическую тему. Веревки в первом случае. Распиливание человека пополам — во втором. — Райм повысил голос, вероятно, обращаясь к Каре. — Это ведь магический трюк, верно? Когда кого-то распиливают пополам. — Пауза, потом он снова обратился к Сакс: — По ее словам, это классический трюк иллюзионистов.

Райм прав, поняла Амелия. Потрясенная увиденным, она не заметила связи между двумя убийствами.

Трюк иллюзионистов...

Хотя термин «убийство с расчленением» определяет это точнее.

«Будь бесстрастной, — сказала она себе. — Сержант должен быть бесстрастным».

Но тут ей в голову пришла одна мысль.

— Райм, ты не думаешь...

— Что?

— Ты не думаешь, что он был жив, когда преступник начал его пилить? Его руки раскинуты и привязаны к ножкам стола.

— О, так ты имеешь в виду, что он оставил что-нибудь для нас, какой-то намек на личность убийцы? Что ж, хорошо.

— Нет, — тихо возразила Сакс. — Я имею в виду боль.

— Ах вот оно что!

Ах вот оно что...

Но тут она заметила на виске у Калверта большую рану. Крови там было не много, значит, сердце остановилось вскоре после того, как убийца проломил жертве череп.

— Нет, Райм, похоже, расчленение было посмертным.

Она смутно слышала, как криминалист разговаривает со своим помощником, приказывая Тому записать все это. Он говорил что-то еще, но Сакс не обратила на это никакого внимания. Вид жертвы привел ее в состояние шока, и она еще не оправилась. Но ведь именно этого Амелия и добивалась. Да, уже через мгновение она начнет осмотр места преступления — как ей и положено по службе. Однако смерть, считала Сакс, требует хотя бы нескольких секунд полного покоя. Эта мысль не была связана с религиозными соображениями, нет, это нужно было ей самой, чтобы не зачерстветь душой — а такое происходит со слишком многими представителями ее профессии.

Сакс вдруг осознала, что Райм что-то ей говорит.

— Что? — переспросила она.

— Я спрашиваю — оружие есть?

— Пока никаких признаков. Но я еще не провела осмотр.

В дверях появились сержант и еще один полицейский в форме.