Наверное, он задал глупый вопрос. Может быть, его отец всю жизнь искал короля, и это были его тайна и его главное занятие в жизни, но вид у Лорисгана был такой, как будто он вовсе не считал вопрос глупым или неожиданным. Совсем напротив. Он не сводил с Марко прекрасных глаз, внимательно и пытливо вглядываясь в него, словно решал, стоит ему в чем-то признаться или нет.
— Ты мой соратник, мой товарищ по оружию, — улыбнулся Лористан, и на сердце у Марко стало тепло, — ты сдержал клятву, как настоящий мужчина. Тебе исполнилось всего лишь семь лет, когда ты дал клятву верности. Ты повзрослел. Приказ молчать остается в силе, но ты уже настоящий мужчина, чтобы узнать больше.
Лористан помолчал и посмотрел вниз, затем опять поднял взгляд и тихо сказал:
— Нет, я его не искал, потому что знаю наверняка, где он находится.
У Марко перехватило дыхание.
— Отец! — только и вымолвил он. Больше он был не в силах ничего сказать. Да к тому же Марко знал, что больше не должен спрашивать. Однако вот они сидят напротив друг друга в убогой комнате, в запущенном старом доме, стоящем на шумной лондонской улице, а Лазарь возвышается за стулом отца и не сводит глаз с пустых кофейных чашек и тарелки с поджаренным хлебом, и вокруг них такая бедная обстановка, а на свете существует король Самавии. И его зовут Айвор Федорбвич, и в жилах его течет кровь Исчезнувшего Принца, и он живет в каком-то большом городе или маленьком городке вот в этот самый час! И его. Марко, собственный отец знает, где он живет!
Марко посмотрел на Лазаря и, хотя лицо старого солдата было совершенно неподвижно, словно вырезанное из дерева, понял, что тот тоже все знает и всегда знал. Он был «товарищем по оружию» всю свою жизнь, но все так же стоял неподвижно и не сводил взгляда с тарелки с хлебом.
Лористан опять заговорил, только еще тише:
— Самавийцы-патриоты, умные, думающие люди, восемьдесят лет назад создали Тайное общество. Они создали его в тот период, когда у них не было никакой надежды, но все же они его создали, так как один из членов общества узнал, что Айвор Федорович жив. Он был главным лесничим в одном из больших поместий в Австрийских Альпах. Дворянин, которому он служил, всегда считал его таинственной личностью, потому что его речь и осанка выдавали в нем человека, рожденного не в сословии тех, кто обслуживает других. Он никогда не был ни фамильярен, ни самоуверен и никогда не выказывал никакого превосходства по отношению к другим слугам. Это был высокий, даже величественный человек, храбрый и молчаливый. И дворянин, которому он служил, относился к нему скорее как к товарищу, когда они вместе охотились. Однажды он взял его с собой в Самавию, чтобы половить диких лошадей, и обнаружил, что его лесничий хорошо знал страну и был знаком с приемами и способами тамошней охоты. Прежде чем вернуться в Австрию, лесничий испросил разрешения отправиться в одиночестве в горы. Он много беседовал с пастухами и погонщиками, подружился с ними, о многом их расспрашивал. Однажды ночью у костра он услышал песню об Исчезнувшем Принце, которая сохранилась несмотря на то, что прошло уже пять веков со дня его исчезновения. А один очень-очень старый пастух с усилием встал и, подняв лицо к ночному небу, усыпанному мириадами звезд, заплакав, обратил к всемогущему Господу мольбу, чтобы он вернул им их короля. И охотник-чужестранец тоже встал и тоже посмотрел на звезды. И хотя он не сказал ни единого слова, тот, кто сидел рядом с ним, видел, как по его щекам текли слезы, крупные, тяжкие слезы. На следующий день охотник отправился в монастырь, где когда-то монахи позаботились об Исчезнувшем Принце. Когда же он покинул Самавию, было создано Тайное общество. И его членам было известно, что Айвор Федорович посетил родину своих предков под видом слуги. Однако Тайное общество было очень небольшим, и хотя сейчас оно, конечно, увеличилось, но тот охотник успел состариться и умереть, прежде чем общество окрепло и осмелилось рассказать о нем.
— А сын у него был? — закричал Марко. — Был у него сын?
— Да, сын у него был. И его тоже звали Айвор. И он был воспитан как будущий король. И так будет всегда. Всегда будет король, готовый взять в свои руки бразды правления в Самавии, даже если он вынужден заниматься физическим трудом и обслуживать других. И он, конечно, должен присягнуть на верность Самавии.
— Как я? — спросил Марко почти неслышно, так он был взволнован.
— Да, точно как ты, — ответил Лористан.
И Марко вскинул руку, чтобы отдать честь.
—
Лористан склонил голову в знак согласия.
