— А им-то деньги зачем? На новые качалки?
— На святые залы силы, — с лёгким укором поправил он. — Спортивное питание нынче недешёвое, да и оборудование требует обновления. Половину всего дохода мы отправляем обратно — на нужды братства.
Он сказал это с такой серьёзностью, что я чуть не спросил, есть ли у них обряд освящения гантелей.
— Так что да, — закончил он. — Сейчас я служу барону. Но по сути — я всего лишь посланник Анатолия. Просто… с гримуаром и стабильной зарплатой.
Я хмыкнул, покачал головой и хлопнул Рудгарда по плечу — точнее, по тому месту, где, по идее, должно было быть плечо, но по ощущениям я попал в кусок мрамора, обтянутого кожей.
— Ну, благословений тебе от Анатолия, или как там у вас это называется, — усмехнулся я. — А мне пора.
— А ты сейчас куда направляешься? — спросил Рудгард, вытирая шею полотенцем. — Разве вы с Верховной Жрицей не собирались вместе на задание?
Я покачал головой.
— Сегодня без неё. Хочу сперва сходить на разведку и разобраться, что за тип этот Раут Скрытный, а уже потом думать, как действовать дальше. Аврелия слишком внимание привлекает.
Лицо Рудгарда на мгновение потемнело. Между бровей появилась едва заметная складка, словно он что-то знал, но не был готов это озвучить. Затем он медленно кивнул, как человек, который смирился с чужим решением, но все же не одобряет его, и неожиданно прижал ладонь к груди.
— Пусть жим твоей судьбы будет уверенным, брат!
Я моргнул. Потом еще раз. Чтож, это было очень неожиданно.
— Аминь, — пробормотал я и направился к выходу.
Иногда мне казалось, что в этом мире есть только один по-настоящему стабильный элемент: уровень абсурдности происходящего. И с каждым днем он только продолжал расти…
Путь к деревне Раута Скрытного не был трудным, но определённо длинным.
Я шёл по грунтовой дороге, петляющей между холмами, покрытыми сочной весенней зеленью. Где-то вдалеке перекликались птицы, ветер лениво перебирал ветви деревьев, а небо над головой было таким синим, что казалось — вот-вот упрёшься в него лбом.
Даже несмотря на то, что я обитаю в этом мире уже не первый день, ощущение искусственности не исчезало. Всё вокруг выглядело чересчур живым, слишком детализированным — будто я очутился в какой-то безумно навороченной версии реалистичного RPG. Уровни, способности, прокачка — всё это лишь усиливало впечатление, что я всё ещё нахожусь в игре… только без кнопки «выход».
Проверить, где кончается игра и начинается реальность, можно было лишь одним способом — умереть. Если проснусь в какой-нибудь стартовой локации, типа деревни Валыкино, значит, я каким-то образом оказался запертым в игре. А вот если нет, тогда… хмм… тогда мне уже будет всё равно.
Только вот проверять это я пока не решался. В данный момент мне куда интереснее заняться собственной прокачкой и превратиться в нагибатора местного масштаба. Ну а помереть… помереть я всегда успею. Это дело не сложное.
Недалеко от города, у небольшого ручья, я заметил двух мальчишек.
Те сидели на поваленном бревне и спорили с таким азартом, как будто решали судьбу всего баронства.
— Говорю тебе, Люцианна сильнее! — выпалил один, пониже ростом, но с выражением лица, как у заправского академика. — У неё шесть гримуаров. Шесть! И она может вызвать огненную змею! Я видел! И вообще, она красивая. А красивые маги всегда сильнее. Это доказанный факт!
— Ага, расскажи ещё, — фыркнул второй, покрупнее. — Рудгард вон какой! Мускулы, как у быка, и штангу поднимает, как ты — палку. Один удар — и от врага только пыль останется! Вот это настоящая силища!
— Да ты ничего не понимаешь! Магия — это не мускулы, а интеллект и концентрация!
— А мускулы — это когда можно вмазать без всякой магии!
Я тихо усмехнулся и прошёл мимо, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Для меня этот спор не представлял загадки: Люцианна объективно была сильнее. Уровень выше, специализация — чистая боевая магия, с акцентом на разрушение. Рудгард же, при всей своей внушительности, был больше мастером сдерживания: контроль, блокировка, сковывание противника.
Хотя, стоит признать, в ближнем бою он и вправду страшен. Стоит ему подойти на расстояние вытянутой руки — и лицо даже самого талантливого мага рискует в следующую секунду превратиться в кровавое месиво. Люцианна же, при всей своей мощи, такого повторить точно бы не смогла.
Спустя некоторое время я наконец добрался до нужной деревни.
Путь не был особенно долгим, но изрядно вымотал: приходилось петлять, обходя ручьи, где-то продираться через кустарник, а где-то идти по обломанным корням, торчащим прямо на тропе. Всё это сопровождалось устойчивым чувством паранойи, которое я старательно игнорировал, но оно упрямо напоминало о себе при каждом шорохе в кустах.
