Я как то смутилась. Эта раскрасивая девушка, с идеальной прической и маникюром собиралась мне прислуживать? Вот это я удачно заглянула.
– Ну вообще-то есть одно. У вас будет минут десять?
– Конечно, что вы хотели?
– Кое-что спросить.
Девушка нахмурила брови, но быстро собравшись, села рядом на диван.
– Что вас интересует? Сразу скажу, что информацию я могу дать только общеизвестную.
– Давайте я спрошу, а вы ответите на то, что посчитаете нужным. Итак, кто такой Антон Вебер. Что он здесь делает и как связан с Андреем Вебер?
Девушка отвела глаза в сторону, что-то прикинула и ответила:
– Антон Николаевич и Андрей Николаевич – сводные братья. Они ведут совместный бизнес несколько лет. До этого Антон Николаевич больше ориентировался на Европу, а Андрей Николаевич на российский рынок. Но после того как их отец, Николай Арнольдович отошел от дел по состоянию здоровья, братья объединились. Выбрали Воронеж в качестве места внедрения новых производственных мощностей. От Москвы не далеко и от Европы тоже. Сейчас планируют открыть завод за городом, но большего об этом проекте сказать не могу. Думаю, это все что я могу рассказать, да и честно признаться большего о самих личностях Вебер я не знаю. Я секретарь Антона Николаевича, но он приезжает три четыре раза в год, и в основном я занимаюсь бумагами, являясь по большей части посыльным.
– Ясно, – выдала я, как то невесело. – Спасибо за информацию.
Девушка как то подозрительно заглянула в мои глаза. Потом посмотрела на дверь и вновь повернулась.
– Понравился, да? – шепотом спросила она, улыбаясь.
– Ну есть такое, – несмело ответила я.
– Вам повезло, он сейчас свободен. Как раз разорвал четырехлетние отношения с одной девушкой, Натальей Лантогиной. Это мымра до сих пор ему письма с извинениями шлет, даже через офисную почту! Я как-то случайно заглянула в одно, так там такое! В общем накосячила она конкретно, изменила, причем с хорошим знакомым Антона Николаевича, – неодобрительно покачала головой девушка. – Так что теперь мой босс открыт для новых встреч. И вы ему очень подходите.
А вот и новые подробности, а говорила ничего не знает.
– Конечно, спасибо за поддержку, но вы меня вообще видели? – я прямо уставилась на собеседницу.
– А что не так? Плохо одета? Так Антон Николаевич все поправит. Он вообще человек хороший, и умеет зерна от плевел отделять. Меня вон взял без рекомендаций на такую ответственную должность. В глаза заглянул и сказал- «знаю, справишься» и все, сколько я тут работаю, ни одного выговора не было.
– Хороший, – протянула я. – Красивый..
Девушка рассмеялась.
– Вы тоже красивая. Вам бы только волосы уложить и..не обижайтесь, брови выщипать.
Я рассмеялась.
– Поверьте, тут одними бровями дело не обойдется. Нужно полное преображение.
– Может, тогда я девочек из салона позову?
– Нееет! – перепугалась я. – Не нужно. Во-первых, я скоро отсюда уйду, а во-вторых, за все это мне платить нечем!
– Знаю я такие заседания, никогда меньше трех часов не сидели, а так хоть время с пользой проведете. Да и Антон Николаевич распорядился выполнять все ваши пожелания.
– Нет у меня никаких пожеланий. Не хочу никому быть должной!
– Теперь я понимаю, почему он вас выбрал,– хитрая улыбка коснулась губ напротив. – Но девочек я позову, – сделалась девушка строгой как моя первая учительница. – Вы с таким человеком за руку ходите. Нужно соответствовать!
И скрестив брови, вышла из кабинета.
Вот и поворот. Отпираться или принять предложение как новогодний подарок? Нужно Антону сказать, что девушки у него тут самовольные работают. Построже с ними, построже нужно!
Двадцать минут беспрерывно щелкала каналы кабельного телевидения и почти расслабилась, как в открывшуюся настежь дверь вошли три модели с квадратными сумочками в руках.
– Вы ошиблись дверью, – пискнула я испуганно.
– Ничего мы не ошиблись, – вошла последней секретарша Антона. – Вот эту девушку нужно привести в порядок. У вас два часа.
Всё, бежать некуда!
Меня усадили посреди кабинета на какой-то табурет и стали нещадно чесать волосы, мельтешить перед глазами кисточкой, дергать за кутикулы на пальцах. Я будто в эпицентр красоты попала, где в ушах сливался звон клацанья, шарканья, гудения непонятных приборов.
– Ай, – отдернула руку от жужжащей машинки. – Больно, – схватилась за голову в месте, где кажется, вырвали клок волос. – Апчхи, – не удержалась и вдохнула пыль от пудры.
Этот ужас продолжался долго, а я все ждала, когда же войдет Антон и разгонит этих мучительниц к чертовой матери.
Спустя полтора часа я сдалась. Больше не надеясь на счастливое спасение меня принцем, встала и рявкнула:
– Все! Хватит! Нечего из меня барби делать, я живой человек!
Скинула накидку с плеч и вышла в приемную.
– Где ванная комната? – зло спросила у бессовестной секретарши, подставившей меня по всем фронтам. Та, увидев меня расцвела.
– В кабинете есть, – сообщила она, а я развернулась и зашла обратно. Девушки споро собирали за собой инструменты и пряди моих волос с пола ручным пылесосом. Божечки, надеюсь, на моей голове еще что-то осталось!
