В качестве финального штриха разбросал по земле лепестки морозоцветов, которые нашёл пару дней назад. Несколько цветков поставил в вазу на стол. Нежно-голубые, они от тепла жаровен чуть порозовели по краям.
Чёрт его знает, что бы я делал без своих девчонок! Они не только помогли мне всё обустроить, но и привели в порядок меня самого: помогли побриться и выбрать костюм, тот самый, что подарила Марона для поездки в Тверд на моё рыцарское прошение.
Ну, хоть ужин я приготовил сам. Выставил всё на сервировочный столик у края площадки, а чтобы не остыло, Лейланна наколдовала небольшой магический огонь для подогрева.
Теперь оставалось только ждать. Надеюсь, не налажаю. Мне-то пофиг на неловкость, но Лили всю жизнь зачитывалась романами, мечтала о чём-то подобном, и мне хотелось создать для неё эту маленькую сказку.
Наконец она появилась в саду, идя по расчищенной тропинке.
Серебристые волосы Лили водопадом спадали до самой талии, идеально гармонируя с вечерним платьем с открытыми плечами. Её тонкие, почти фарфоровые черты лица казались в свете свечей и жаровен просто волшебными, а фигура выглядела одновременно и пышной, и изящной. Идеальной!
Она сегодня сняла свои большие очки в проволочной оправе, и её огромные серые глаза хоть и видели, наверное, всё немного расплывчато, светились удивлением. Белые кроличьи ушки казались бархатными, а сзади, на облегающем ягодицы платье, имелся кокетливый вырез для её очаровательного белого хвостика-помпона.
— Ух ты! — выдохнула она, подходя ближе. — Ты даже свечи на ветки повесил!
Я усмехнулся, тоже глянув на свечи, которые приладил к ветвям дерева над нами.
— А как иначе? Твою красоту нужно рассматривать только при ярком освещении.
Бледная кожа Лили зарделась. Я принял у неё меховую накидку и помог сесть.
— Вина? — вытащил бутылку из сугроба, где она до этого охлаждалась.
Она кивнула, и я разлил напиток по бокалам.
Лили рассеянно сделала глоток, с восторгом оглядываясь по сторонам.
— Так вот какой он, романтический ужин! В книжках всё описано не так здорово!
Думаю, это она, конечно, из вежливости, ведь в романах вечно всё приукрашивают, но я всё равно немного расслабился, подкатывая к столу тележку с едой и снимая крышки с подносов.
— О-о-о! — протянула она, подставляя тарелку. — Тут почти нет мяса!
Я невольно ухмыльнулся. Учитывая, что в нашей компании Зара, Белла, Самира, да и я сам заядлые мясоеды, наши застолья обычно ломились от мясных блюд, особенно когда готовила Саймира.
— Решил поэкспериментировать с овощными блюдами, — наложил ей огромную порцию.
Лили набросилась на еду, едва я подал ей тарелку. Её манеры за столом всегда были скорее восторженными, чем изысканными. Сразу видно, что несмотря на всю её ангельскую красоту, девчонка выросла в трущобах.
Она что-то довольно промычала, продолжая активно жевать.
— Ух ты как вкусно! Мне девчонки говорили, что ты отлично готовишь, но я впервые пробую, — она чуть покраснела. — Мне даже как-то неловко за ту ерунду, которой я тебя кормила на поляне Лигеи.
— Да что ты! Это была одна из лучших трапез в моей жизни! — я наложил и себе.
Моя спутница хихикнула.
— Мама всегда говорила, что голод — лучшая приправа, а ты тогда был голоден, как волк, — она потянулась через стол и похлопала меня по руке. — Не надо уж так вежливо. Я же понимаю, что мои представления о специях сводились к тому, что дала природа. Когда в твоём рационе лишь свежие фрукты, овощи да горстка зерна, особо в кулинарии не развернёшься.
— Ну, Самира говорит, что ты на кухне освоилась очень быстро.
— Когда есть время между охотой на монстров, — поправила она. Несколько минут мы ели почти в тишине, наслаждаясь моментом.
— Кажется, я поняла, что случилось с Последней Твердыней Гурзана, — наконец сказала Лили, поднося вилку с салатом ко рту.
Я замер, так и не донеся нож до стейка, и подался вперёд.
— Да ладно! А я уж думал, что концов не найти.
В той запечатанной комнате с гномьими архивами царил такой бардак, что отследить хронологию было практически нереально, хотя Ирен, дай богиня ей здоровья, изо всех сил пыталась навести там порядок. Дело осложнялось ещё и тем, что все книги и свитки, которые за сотни лет превратились в труху, скорее всего, относились к поздней истории Твердыни.
Она нетерпеливо кивнула.
— Думаю, гномы вели отдельный церемониальный архив, где записывали события религиозной важности. Для них это было настолько свято, что записи велись на пластинах из истинного серебра.
Я присвистнул.
Истинное серебро ценилось не только гномами, оно стоило в сто раз дороже золота. В местной денежной системе ценность монеты зависела от металла: медь, серебро, золото, истинное серебро и божественный металл. Каждая последующая монета имела стоимость в сто раз выше предыдущей. Золото, конечно, использовалось чаще всего. Оно очень удобно как раз для крупных покупок, дороже еды или ночлега.
— То есть эти пластины могут стоить как весь остальной архив вместе взятый? — я задумчиво отправил в рот кусок стейка.
Лили рассмеялась.
