Пока оставил сундук там, где он стоял, и присоединился к группе. Самое время сказать речь. Встретил взгляды всех участников рейда и серьёзные, и улыбающиеся, и усталые. Эти люди прошли через ад ради меня.
— Спасибо вам всем, друзья! — начал говорить, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, но не слишком официально. — Вы совершили невозможное и тем самым спасли мне жизнь. Я никогда не забуду, как вы сражались изо всех сил ради меня.
Помолчал, думая о том, как близко к смерти нас всех привела моя импульсивность.
— Хотя в следующем рейде я намерен действовать более осторожно, не держа клинок над собственной головой, — добавил с грустной усмешкой.
Группа расслабленно засмеялась, и я почувствовал, как спадает напряжение последних суток. Ближайшие товарищи принялись хлопать меня по плечу и пожимать руку. Владис, Олег и Ярослав обняли по-братски, Ванесса и Карина чмокнули в щёку как старые друзья после удачного дела.
Позволил себе расслабиться и насладиться этими драгоценными моментами. В рейдах такое редкость. Обычно либо готовишься к бою, либо восстанавливаешься после него, либо планируешь следующий ход, а тут можно просто побыть с людьми, которые рискнули жизнью ради тебя.
Но всё же пришлось вернуться к реальности. Оглядел руины, разбросанные вокруг тела, уничтоженную растительность. Работы предстояло ещё много.
— Разобьём лагерь здесь до полудня, отпразнуем, отдохнём, заночуем — объявил отряду. — Потом соберём тела и с уважением отправим их последний путь.
Раздались стоны нескольких участников, перспектива возиться с сотнями трупов никого не воодушевляла. Понять их было можно. После такой мясорубки все мечтали только об отдыхе. Я успел заметить недовольные взгляды и поспешил предупредить возникшие вопросы.
Обратился к Карине и Юлиану, самым религиозным в нашей группе. Если кто и знает, как правильно поступить с останками, то только они.
— Предать огню трупы — будет достаточно? — спросил у них.
Они переглянулись и кивнули.
— Многие северные племена именно так и делают, — ответил Юлиан, поправляя свою жреческую мантию. — И, конечно же, боги понимают, что после такой масштабной битвы нужно учитывать состояние и возможности отряда. Намерение также важно, как и само действие.
— Значит, можем с уважением оставить мёртвых там, где они лежат? — встрял Эйнар с надеждой в голосе.
Я поймал несколько брезгливых взглядов и сам чуть не скривился. Парень явно не понимал, о чём идёт речь.
— Дело добровольное, никого заставлять помогать со сжиганием тел не стану, — сказал спокойно. Нужно правильно объяснить свою позицию. — Но, думаю, мы должны устроить им достойные похороны.
Помолчал, глядя на разбросанные по поляне останки древних защитников.
— Они были когда-то мирными людьми, Лорея их любила. Несчастные и так слишком долго страдали от проклятья и заслуживают большего, чем быть оставленными гнить или стать кормом для падальщиков.
Эйнар сгорбил плечи.
— Да я просто пошутил, — пробормотал он, избегая моего взгляда.
Я улыбнулся и оглядел группу. Настроение у всех заметно улучшилось; людям нравилось, когда есть план.
— А утром соберём добычу с убитых монстров, обыщем зачищенные области в поисках спрятанных сокровищ, закончим полную зачистку подземелья и проверим всё остальное на предмет ценностей, — я специально сделал паузу для эффекта. — Может, даже найдём ещё одного босса с хорошими трофеями.
Последнее замечание вызвало усталые, но искренние возгласы радости. Перспектива дополнительной добычи мотивирует лучше любых речей.
Похлопал по плечам ближайших товарищей.
— Ну же! — сказал в лёгком, почти дружеском тоне. — Всем нам тяжело дались эти двадцать четыре часа, так что давайте найдём время отдохнуть и восстановиться. Заслужили.
Мы проспали мёртвым сном почти десять часов подряд. Лично со мной такого давненько не случалось. Я развалился прямо на лугу, под открытым небом, как в детстве на даче, когда бабушка в жару выгоняла всех спать на веранду. Только вместо московской области фэнтезийный мир, а вместо комаров остаточные миазмы от проклятых тварей.
Хорошо, что обошлось без ночных кошмаров. После такой бойни и увиденного в руинах Светолесья любой нормальный человек заработал бы серьёзную травму. Но организм, видимо, решил просто отключиться и перезагрузиться, как комп после синего экрана.
Луг действительно преобразился, когда рассеялась вся эта мерзость. Солнце наконец пробилось сквозь тучи, и первые его лучи согрели лицо. Чёрт, как же я соскучился по нормальному свету! Проведя несколько дней в сырой мгле, где даже воздух пах гнилью и смертью, начинаешь ценить такие простые вещи, как тепло солнечных лучей на коже, как запах травы вместо вони трупного разложения.
Лили свернулась рядом калачиком. Обнял её покрепче, зарылся лицом в мягкие волосы. После всего пережитого такие моменты близости ценятся по-другому. Знать, что твоя девушка рядом живая и невредимая — это дороже любых артефактов.
