— Друзья и братья, — ораторствует он, — сегодня я прихожу к вам как вестник радости для всех и каждого. Солнечный Стив — вот кто я такой! Все мы тяжело работаем, все мы день и ночь печемся о хлебе насущном. На кой черт трудиться и трудиться беспросветно? Друзья, не пора ли отдохнуть от дымного, шумного Самвилль-сити? Отдохнуть среди зеленых холмов, где светит солнце и крепкие, благорастворенные воздухи наполняют ваши грудные клетки. Позвольте нарисовать вам маленькую картинку. Усталый чиновник, до полусмерти замученный всякими отношениями, заявлениями, входящими, исходящими, предприниматель и торговец, отравленный духотой и кипением большого города, оставляет всю эту надоевшую канитель далеко позади. Он едет в горный лагерь, где над ним голубеет ясное небо, под ногами хрустит сосновая хвоя, и свежий воздух, не облагаемый ввозной пошлиной, окружает его со всех сторон. Душа его проясняется. Солнечный свет заряжает его лучше всякого аккумулятора. Назавтра, возвратившись в свою контору, он, шутя и играя, выполняет ту работу, от которой вчера сгибался в три погибели. Все потому, что он пожил лицом к лицу с природой. Где же он был, что стал таким молодцом? На Ферме Чистого Воздуха мистера Фернандо. Цены умеренные, вполне общедоступные. Через десять минут вагон отправляется первым рейсом в Горный Рай.
Через пару минут фургон был битком набит, а оставшиеся штурмовали подножку, пока дядя Стив не взял палку и не разъяснил популярно, что больше взять не в силах. Потом Стив зацокал, и фургон покатился в Горный Рай.
Когда они приехали, Фердинанд — на лице у него сплошное благодушие и кротость — встретил их.
— Привет вам, джентльмены, поздравляю с прибытием в лагерь отдыха и здоровья!
Потом они посадили своих двенадцать клиентов за обед, подали им вареных цыплят, горячих вафель и сочных оладий с вареньем. Вот это был обед! Благодарные граждане полезли целовать Фердинанда и Стива, точно младенцы своих кормилиц.
— А теперь спать! — отечески приказал Фердинанд. — Сон — второе великое лекарство природы, и притом вставать завтра в пять утра. Спать, спать, ребята…
Меньше чем за четверть часа удалось загнать клиентов в их палатки, и понесся такой сладкий и заливчатый храп, что, верьте слову, труба старого Гавриила-архангела не разбудила бы их. Но чу! Что это за отдаленный вой, который так протяжно звучит в ночном воздухе? Что это? Волки!.. Звук приближается, становится все громче и злее, он точно говорит:
— А-а-а… а-а-я… здесь… иду-у… к вам… Я-а-а… здесь…
Потом вой раздается у самого лагеря.
Фердинанд носится между палатками, лупит по полотну и кричит:
— Волки! Волки! Они нас разорвут! Скорее! Скорее просыпайтесь!.. Бейте их, ребята, бейте их!..
Отсохни рука у моей жилетки, если эти парни не выскочили голышом и не побили все олимпийские рекорды в беге! В две минуты лагерь опустел, точно вымер.
Стив нашел Фердинанда у костра. Тот сидел и считал оставленную одежду.
— Сколько всего? — коротко спросил Стив.
— Две тысячи четыреста пятнадцать долларов бумажками и одиннадцать пар штанов. Один мерзавец оказался осторожным — шотландец, наверное, — и спал не раздеваясь. Да, Стив, это замечательная мысль! К счастью, вы воспитывались среди диких зверей. Этот ваш волчий вой так натурален, что ему позавидует любой волк.
— Это пустяки, — скромно отвечает Стив. — Теперь давайте делиться, не так ли?
— Осади назад, приятель, — рычит Фердинанд. — Ваша доля — десять процентов. И две пары штанов из чистой филантропии.
— Есть ли у вас совесть, Ферд? — печалится дядя Стив.
— Совесть — это деталь, — отвечает тот. — Скажите, пожалуйста, кто хозяин этого предприятия? Кто выдумал весь проект? Кто финансировал это дело? Я, собственной персоной. Хотите служить или не хотите? И без вас найдутся тысячи безработных, которые сочтут за великое счастье выть за хорошую цену.
— Ладно, ваше дело, — разочарованно говорит Стив. — Но где мы будем выть в следующий раз? Не такой это город, чтобы ограбить его дважды.
— Верно, — отвечает Ферд. — Давайте сворачивать палатки и потихоньку покатим в Лондон-гулли. Бодритесь, Стив, не вешайте носа. В конце концов десять процентов и две пары штанов — неплохо за пятиминутный вой.
Ну-с, в Лондон-гулли они повторяют программу: разбивают лагерь в сосновом лесу. Стив отправляется в город демосфенствовать и вдруг среди зевак видит Мико Мурфио, короля цирка. В ту же минуту ему приходит блестящая мысль.
— Синьор, — говорит Стив, — можете оказать услугу своему старому приятелю?
— Проклятье и карамба! — отвечает тот. — Конечно. Что вам угодно?
— С тех пор, как я отошел от цирка, я прямо исстрадался без моих чудесных зверей. Будьте другом, синьор, одолжите мне одного зверя на вечер. Старая Лиззи, волчица, возвеселит мое сердце.
— Валяй, Стив, — отвечает Мико. — Всегда рад услужить джентльмену. Старуха стала что-то задумываться и потеряла последние зубы: как бы не подохла. Когда вам ее прислать?
