являются виновниками грандиозного бума, к которому объединение У. Дж. Борна пока приспосабливается. Надолго ли? При этой мысли он снова скривился от боли в животе.
В 9.15 он был на месте Дела шли уже полным ходом. Стрекотали телеграфные аппараты, мерцали световые табло, носились курьеры, доставляя свежие вести с бирж Лондона, Парижа, Милана, Вены. Скоро вступит Нью-Р'орк, затем Чикаго, Сан-Франциско.
Может быть, это случится сегодня? Может быть, Нью-Йьорк сообщит о значительном понижении акций общества по добыче и обработке руды на Луне. Может быть, Чикаго, нервничая, откликнется спадом на рынке, а Сан-Франциско соответственно понизит спрос на урановые акции. Может быть, тревожные вести из Штатов вызовут панику в Токио, и эта паника, прокатившись по всей Азии, перекинется с новым восходом солнца в Вену, Милан, Париж, Лондон, а завтра опять взрывной волной ударит по Нью-Йорку.
«Домино, — подумал Борн — Сооружение из костяшек. Щелкни по одной — полетят все».
Секретарша Борна мисс Иллиг ответила уже на дюжину звонков от его основных партнеров по будущему банкротству, о чем были сделаны соответствующие пометки в блокноте на письменном столе. Проигнорировав их, он бросил коротко:
— Соедините меня с мистером Лорингом.
Все сильнее накаляясь, Борн ждал, когда же наконец Лоринг поднимет трубку. Но когда тот работал в своей лаборатории — сарай, а не лаборатория! — он был слеп и глух для всего мира. Приходилось с этим мириться. Лоринг был подозрителен, он был дерзок, от него за версту разило комплексом неполноценности, но работать он умел по-настоящему.
Наконец в трубке раздался дерзкий голос Лоринга:
Кто это?
Я, — рявкнул Борн. — Как дела?
Наступила долгая пауза, затем Лоринг небрежно бросил:
Я работал всю ночь. Мне думается, получилось.
Что вы имеете в виду?
Я сказал: мне думается, что получилось, — с раздражени
ем ответил Лоринг — Я отправил будильник, кошку и клетку
С белыми мышами на два часа. Они вернулись целыми.
Вы подразумеваете... — хрипло начал Борн и, облизав
пересохшие губы, спросил о главном: — На сколько лет?
Мыши не сообщили, но я думаю, они провели два часа в
1987 году.
Я еду к вам, — прорычал Борн, бросил трубку и пулей
выскочил из конторы.
Если этот тип лжет!.. Нет, он не обманщик. Все шесть месяцев, с тех пор как он вломился в его контору со своим проектом машины времени, он тянул из Борна деньги, но при этом ни разу не солгал. С грубой откровенностью он признавался в своих промахах и выражал сомнения в успехе всего предприятия. Но сейчас Борн торжествовал: эта затея обернулась самой
106
выгодной из всех, какие он провернул в своей жизни. Шесть месяцев — и четверть миллиона долларов, а сведения о биржевом курсе на два года вперед стоят миллиарда! Четыре тысячи за один доллар, ликовал он; четыре тысячи за один доллар! Два часа, чтобы узнать, когда этот страшный бум потерпит крах, а затем вернуться в свою контору во всеоружии, быть готовым покупать до последней минуты, пока бум не достигнет вершины, а потом сразу выбросить акции на рынок и одним взмахом нажиться, сказочно разбогатеть и никогда больше не зависеть от фортуны!
Тяжело ступая, Борн вскарабкался к Лорингу на чердак в западной части города, на 70-й улице.
Лоринг крайне неумело строил из себя хулигана. Долговязый, рыжий, небритый, он с ухмылкой обратился к Борну:
— Ваши прогнозы, Джей? Придержать или продать?
— Знай я это, я бы не.. — начал было Борн, но тут жг не выдержал: — О, не валяйте дурака! Покажите мне эту чертову штуку.
Лоринг показал. Жалкие генераторы не изменились: высокий ускоритель Ван-де-Граафа по-прежнему выглядел заимствованным из третьесортного фильма ужасов. Как и раньше, не внушали доверия раскинувшиеся на тридцати квадратных футах электронные лампы и сопротивления, собранные, казалось, на живую нитку. Но с момента последнего визита Борна здесь прибавилась телефонная будка без телефона. Вмонтированный в ее потолок диск из листовой меди был соединен с машиной толстым кабелем. Пол будки был стеклянный, хорошо отполированный.
Все это я подобрал на свалке, — сказал Лоринг, — и, ко
нечно, отделал. Хотите посмотреть на опыт с мышами?
Нет. Я хочу сам попробовать. — Он помолчал. — Вы га
рантируете безопасность?
Слушайте, Джей! Я ничего не гарантирую... Я думаю, что
эта штука перенесет вас на два года в будущее. Я думаю,
что если по истечении двух часов вы вернетесь в будку, то
снова попадете в настоящее время. Но вот что я вам скажу.
Если она действительно перенесет вас в будущее, лучше
вам вернуться вовремя. Не то вас может перебросить в место,
занятое другим пешеходом или движущимся автомобилем... Ну и
ваша команда лишится своего форварда.
Морщась от нового приступа язвы, Борн спросил:
Других наставлений не будет?
Нет, — подумав, ответил Лоринг. — Теперь вы просто
пассажир.
В таком случае приступим. — Удостоверившись, что запис
ная книжка и ручка у него при себе, Борн вошел в будку.
Лоринг закрыл за ним дверь, усмехнулся, махнул рукой — и... исчез, буквально исчез на глазах у Борна. Борн распахнул дверь будки, окликнул:
