— Нашел ли? Еще бы! — Он облокотился о крышу «паккарда» надо мной и наклонился, так что его голова показалась в оконном проеме. Циккатта улыбнулся Хло и сказал: — Привет, вы там.
Она улыбнулась в ответ, по-моему, несколько более приветливо, чем нужно, и произнесла:
— Здравствуйте еще раз.
— Привет, — выпалил я. — Что вы узнали?
— Может, это и не тот Патрик Махоуни. Вероятно, в полицейском управлении столько Патриков Махоуни, что замучаешься на них дубинкой показывать.
— Я не хочу ни на кого показывать дубинкой, ответил я. — Расскажите мне о том Патрике Махоуни, про которого узнали.
— Ну что ж, это и впрямь большая шишка. Помощник старшего инспектора, а это уже почти заместитель старшего инспектора.
— Вау! — притворно удивился я. — А что делает помощник главного инспектора?
— Он в отделе организованной преступности. Второй человек после заместителя старшего инспектора Финка.
— Что такое отдел организованной преступности?
— Новое подразделение, образованное после того, как телевидение начало орать про «Коза ностру». Специальная бригада, следящая за организованной преступностью в Нью-Йорке.
— Интересно, ловят ли они хоть кого-нибудь? — сказал я.
— Не знаю, тот ли это Махоуни, который тебе нужен, — ответил патрульный Циккатта.
— Очень удивлюсь, если нет. Где он сидит, на Центральной улице?
— Нет, в районном управлении в Куинсе.
— Куинс, — повторил я.
— Вероятно, он есть в телефонном справочнике. Где-то в Куинсе.
— Отдел организованной преступности находится в Куинсе.
— Они же чиновники, Чарли, тебе ли не знать.
— Конечно. Спасибо большое. Я очень признателен.
— Всегда к твоим услугам. Если я могу чем-то помочь, буду рад. Не хочу совать нос, но ты знай, я все для тебя сделаю.
— Я знаю, — искренне ответил я. Патрульный Циккатта и впрямь был первоклассный парень. И как только его угораздило оказаться в полиции?
— Спасибо еще раз, — сказал я.
Он пригнул голову, дабы получить возможность опять улыбнуться Хло.
— Ну, до свидания.
— Пока, — ответила она, вновь улыбнувшись ему.
Я с важным видом запустил мотор.
— Не хочу отрывать вас от обхода маршрута, — сказал я.
— Это почтальоны обходят маршруты, — ответил он, но отступил от машины, и разговор закончился.
— А он милый, — сказала Хло, когда мы тронулись.
Все улицы в Гринвич-Виллидж имеют проезжую часть с односторонним движением и вечно ведут не туда, куда нужно. Я долго колесил на «паккарде» по всему району, будто сухопутный «Летучий голландец», и, наконец, выехал в самый конец Перри-стрит.
— Мы почти на месте, — сообщил я.
— Пора бы.
— Если ты знала короткую дорогу, тебе достаточно было просто открыть рот.
— Ты же за рулем, — сказала Хло. По какой-то неизвестной причине мы начали грызться, едва выехали из Канарси.
Я как раз собирался сказать: «Спасибо, а то я не знал», как вдруг увидел черную машину, знаменитую черную машину, стоявшую у пожарного гидранта прямо напротив дома Арти. Я едва не проглядел ее, поскольку внутри сидел только один — Траск или Слейд. А я уже привык считать их неразлучными, как сестер Дабллинт. Хотя у них не было никаких причин не расставаться время от времени. Один мог уснуть, а второй — отправиться за новыми указаниями или еще куда-то. Сейчас второй, по-моему, был у помощника старшего инспектора Махоуни.
Хло, пребывавшая в безмятежном состоянии, сказала:
— Невероятно! Тут есть место для стоянки.
Место было, но я проехал мимо. Следующий перекресток выводил на Западную четвертую улицу — в четырех кварталах к северу от того места, где Западная четвертая пересекает Западную десятую, и в одном квартале южнее перекрестка Западной четвертой с Западной одиннадцатой, если у вас есть карта полицейского управления. На Западной четвертой одностороннее движение, и ведет она то ли на юг, то ли на запад. Я свернул на нее.
— Эй, — сказала Хло, — там же было где приткнуться!
— Траск или Слейд, — ответил я.
— Что?
— Эти убийцы. Один из них уже приткнулся напротив дома Арти.
Она изогнулась на сиденье и посмотрела в заднее стекло, хотя мы уже свернули за угол и успели проехать квартал, поэтому ей вряд ли удалось бы достаточно отчетливо разглядеть улицу перед домом Арти. Хло искоса посмотрела на меня и спросила:
— Ты уверен?
— Уверен. Я уже успел как следует познакомиться с этими ребятами.
— Перед домом Арти? Как они могли оказаться перед домом Арти?
— Они вездесущи.
— Они — что?
— А то, что ты рассказала дяде Элу, как я приходил сюда.
— Ой! — воскликнула Хло, но мгновение спустя обиженно добавила: — О чем это ты говоришь? Откуда мне было знать…
— Ты не заметила, у Арти был свет?
— Не заметила. Я искала, куда приткнуть машину.
Я въехал на Седьмую авеню и подкатил к красному светофору. Остановка вполне меня устраивала, поскольку я все равно понятия не имел куда ехать.
— В его доме есть черный ход? С параллельной улицы.
— Почем мне знать?
— Я не знаю, почем тебе знать!
— Разве нет никакого другого местечка? — спросила Хло.
Я покачал головой.
— Вчера ночью я подумал об Арти и ни о ком другом. Как насчет твоей квартиры?
— Извини, я делю комнату с двумя подружками, и обе с приветом. Не приведу же я туда мужчину среди ночи.
