— Ах, о Елизавете… — облегченно повторил он.
— Елизавета ходит по дворцу темнее тучи с обиженно поджатыми губами. Боюсь, она заболеет. Наша дочь никогда не отличалась крепким здоровьем.
— Когда юной девочке внезапно сообщают, что она должна выйти замуж, это всегда тяжело, — мягко напомнил жене Генрих. — Такое известие всякого может расстроить.
Его память воскресила тот давнишний день, когда ему тоже неожиданно сообщили, что у него будет невеста из Италии.
Екатерина не смогла превозмочь желание, приблизилась к мужу и взяла его за руку.
— Мы-то понимаем, как это тяжело. Генрих, правда?
— Конечно, понимаем.
— И некоторые из нас позже находят, что все не так плохо, как казалось поначалу, — добавила Екатерина, пожимая ему руку.
— Да, вы правы.
— Значит, вам нечем утешить нашу дочь?
— Ничего. Елизавета преодолеет тяжелое испытание. Она переживает по молодости.
Генрих направился к двери, но Екатерина добавила:
— Генрих, до меня дошли кое-какие сплетни…
Король остановился, и Екатерина весело рассмеялась.
— Вы сейчас посмеетесь. Как вы думаете, о ком?
— Понятия не имею. Нет… нет… — Он повернулся к жене и с таким страхом посмотрел на нее, что у Екатерины сердце чуть не выпрыгнуло из груди. — Неужели о… Елизавете?
Екатерина вновь рассмеялась, только на этот раз в ее смехе слышалась грусть.
— О нет, не о нашей дочери. По двору распускают сплетни обо… мне.
— О вас… Екатерина? Что вы хотите сказать?
— Вы, наверное, заметили этого глупого юношу… молодого Франциска де Вандома…
— Ну, заметил, — озадаченно кивнул Генрих. — А что с ним?
— В последнее время он уделяет мне слишком много внимания.
— Молодой Вандом? — серьезно переспросил король. — Вам следует вести себя осторожнее. Эти Бурбоны такие отчаянные парни… Можете быть уверены, ему что-то нужно от вас.
Генрих сводил ее с ума! Ему даже в голову не могло прийти, что красивому молодому человеку может понадобиться от королевы не что-нибудь, а любовь. Король недвусмысленно намекнул, что молодой Вандом может получить какое-нибудь тепленькое местечко при дворе.
— Нашлись люди, которые считают, что этот молодой дурак… любит меня.
— Не может быть, — изумленно протянул Генрих. — Тем более вам следует вести себя с ним осторожнее. Эти Бурбоны такие сорвиголовы.
— Как бы я хотела, чтобы вы оказались правы, — гневно промолвила Екатерина.
Когда король ушел, Екатерина принялась взволнованно ходить по комнате. Она по-прежнему была ему безразлична.
Ладно, придется ей поощрять ухаживания мсье де Вандома! Она затеет легкий флирт и постарается вызвать сплетни у придворных. Может, тогда Генрих заметит, что юноше нужно вовсе не тепленькое местечко при дворе.
Ее мысли прервал стук в дверь. Она велела войти, и в комнату заглянул паж с письмом.
Стоило ей взглянуть на письмо, как ее сердце учащенно забилось. Екатерина узнала почерк Нострадамуса. Письмо привезли из Прованса, где сейчас жил знаменитый предсказатель будущего. Она отпустила пажа и открыла письмо.
Нострадамус долго колебался, прежде чем написать это письмо, но в конце концов пришел к выводу, что должен сообщить Екатерине важную новость. Это его долг. В последнее время ему снятся очень тревожные сны, главными действующими лицами которых являются король и королева.
Еще несколько лет назад Нострадамус увидел сон, который произвел на него столь глубокое впечатление, что он записал его. Недавно этот сон повторился. Он увидел двух дерущихся львов, и дрались они дважды. Один лев был молодой, а второй — старый. Молодой победил старого и вырвал у побежденного глаз. После долгих мучений старый лев умер.
Екатерина твердо верила в способности астрологов предсказать судьбу, поэтому сейчас письмо астролога вызвало у нее глубокие раздумья. Нострадамус намекал, что старый лев — король, потому что на доме Валуа красовался лев. Предсказатель был уверен, что королю грозит какая-то опасность. Он умолял королеву проявить осторожность и проследить, чтобы с королем не случилось ничего плохого.
Екатерина не на шутку встревожилась. Если Нострадамус увидел будущее, тогда ничто на земле не спасет бедного Генриха. Если у него на судьбе написано умереть насильственной смертью, то король Франции умрет от насильственной смерти.
