Попробуем порассуждать. Допустим, Боген Скрылся, захватив приличную сумму денег и кучу похабных снимков, и затаился… ну, например, в Лос-Анджелесе. Исчез он десятого декабря. Такие снимки могли пагубно повлиять на его и без того уже расстроенную психику. Маловероятно, что он располагал каким-нибудь аккуратным списочком с именами и фамилиями жертв шантажа. Может, фотографии относились всего к нескольким авантюрным делишкам Айвза. Если Боген хотел действовать наверняка, ему пришлось бы ограничиться теми людьми, чьи лица он узнал на фотографиях. Не исключено, что, помимо Лайзы, на снимках были запечатлены и другие знаменитости. И какова же последовательность его действий? В начале января, через месяц после исчезновения из Санта-Роситы, он объявился в Лас-Вегасе и оставил у портье в «Песках» сверточек для Лайзы Дин. Отыскать ее помогли колонки светской хроники в газетах. Никаких дальнейших попыток вступить в контакт в течение последующих двух месяцев он не предпринимал. Был ли он занят отслеживанием других знаменитостей, попавших на крючок к подлецу Айвзу? Или же просто ждал, когда Лайза Дин вернется в Лос-Анджелес?
В любом случае она будет чувствовать себя увереннее, получив представление, что за тип ее преследует, зная его имя и располагая описанием его внешности. Пусть решит, сколько стоят эти сведения. Откровенно говоря, денег, полученных от нее на текущие расходы, у меня изрядно поубавилось.
Искать убийцу Айвза не мое дело. Фотографа мог прикончить кто угодно — список желающих был бы длиной с мою руку. Но особого удовольствия результат наших поисков у меня не вызывал. И, как я подозревал, Лайза Дин тоже вряд ли придет в восторг.
Дэна вышла из спальни в премиленьком зеленом костюме. В руках заново уложенный чемодан. Преувеличенно бодро спросила:
— Ну как, мы готовы?
Несмотря на свои старания, она казалась очень напряженной. Я подошел и взял у нее чемодан. Дрожащим голосом она произнесла:
— Мне здесь все действует на нервы. Раньше такого никогда не было. Не знаю почему. И у меня такое чувство, что я едва знакома с той Дэной Хольтцер, которая здесь живет. Кажется, вот-вот она войдет и спросит меня, кто я, черт возьми, такая.
— Остерегайтесь ее — очень неприветливая особа.
Дэна остановилась в дверях и повернулась ко мне, лицо ее сразу стало каким-то беззащитным и настороженным.
— Трэвис…
— Да, моя радость?
— Я не могу так быстро перемениться. Не надо так… пожалуйста, не надо. Знаете, хрупкие вещи легко ломаются…
— Вы мне нравитесь. Вот и все.
Она кивнула:
— Но мы слишком много смеялись. Вы понимаете?
— Понимаю. И теперь вы решили опять застегнуться на все пуговицы.
— Эта фотография, которую вы там видели… Она вам что-нибудь объяснила?
— Еще не видя ее, я нечто в таком роде и представлял. И вам ничего не надо мне объяснять. Да к черту все это! Как бы нам с вами на самолет не опоздать! — Я взял ее за подбородок, чуть приподнял ее лицо и поцеловал в уголок рта, как можно ближе к неровно растущему зубу. Поцеловал легко, по-братски. Она улыбнулась, но по щеке ее скатилась слезинка.
…И вот уже ее каблучки застучали по террасе, а я поспешил следом. Зеленая юбка развевалась по ветру, чуть обнажая икры сильных стройных ног. Держалась Дэна очень прямо, высоко подняв голову.
До объявления нашего рейса оставалось двадцать минут. Багаж уже был на борту авиалайнера. Я купил газету и бегло ее просматривал. Вдруг меня словно подбросило: в небольшой заметке на первой странице второй части газеты сообщалось об убийстве служащей казино в Лас-Вегасе. Прошлой ночью ударом дубинки по голове на пороге жилого автоприцепа была убита Патриция Дэвис. Упоминалось также, что когда-то она была супругой известного спортсмена Вэнса Макгрудера.
Ни слова не говоря, я передал газету Дэне, указывая на заметку. Прочитав написанное, она глянула на меня широко распахнутыми глазами.
— Я не могу этого так оставить, — сказал я. — Возможно, туг поработал Сэмми.
— Но… ведь ваш багаж…
— Дэна, вы отправляйтесь в Нью-Йорк, там и позаботитесь о моих вещах. А я разберусь с этим делом и приеду.
— Но ведь я обязана все время быть с вами.
Я взял ее за запястья и слегка сжал их.
— Вам надо лететь в Нью-Йорк. Вы ведь не маленькая девочка, и мне ничего не нужно вам объяснять. Мы с вами и так… много времени потеряли.
Она поймала мой взгляд и беззвучно повторила последнее слово. Черты ее лица смягчились, она сразу стала выглядеть моложе.
— Благодарю вас, — торжественно произнесла она. — Премного вам благодарна, Трэвис, за то, что просветили меня насчет потери времени.
Желая показать ей, что разговор закончен, я отвернулся со словами:
— Ваша шефиня ждет вас. Так что давайте — вперед.
