— Чтобы они похлопали меня по плечу, похвалили и отправили домой и затем не ударили палец о палец? Обойдусь без полиции.
— А если занятия начнутся до того, как вы найдете ваших… хищников, Курт?
— Тогда они начнутся без меня. Я должен довести это дело до конца, Барбара.
В ее глазах отразилась тревога.
— А вы не задумывались, что произойдет, когда вы их найдете, Курт? Вы — университетский профессор, а не… профессионал рукопашного боя. Они очень жестокие, эти подростки, возможно, у них не все в порядке с головой. Они…
— Я не всегда был учителем, — и он повернулся к Барбаре. — Видите ли, Барбара, вокруг полно людей, которым нравится калечить жизни себе подобным. Старые традиции рушатся, новые не успевают прийти им на смену. И из брешей выползают хищники. Общество в большинстве своем полагает, что заниматься хищниками должна полиция, что они — неизбежное зло происходящих в обществе перемен. Но эти хищники ударили по мне. Моей жене, моему дому. Может, я слабее других людей, может, испугался больше остальных… Испугался того, что те, кто это сделал, могут остаться безнаказанными. Не знаю. Ноя твердо уверен, что должен найти эту банду. Найти и раздавить, чтобы более они никому не причинили вреда.
По телу Барбары пробежала дрожь.
— Тогда… я все поняла. Решение принято, пути назад нет. Но… будьте осторожны, Курт. Не… совершайте поступков, последствий которых вы не можете предвидеть. Не изменяйтесь… сами.
Она пришла в его объятья, ее жаркие губы надолго сомкнулись с его. Потом выскочила из машины, наклонилась к окошку.
— Если вам понадобится помощь, Курт, я… тоже боюсь больше остальных…
Рик свернул на автозаправку. Его привлекала широкая, залитая асфальтом площадка, у дальнего конца которой стояли четыре телефонных будки. Тут их никто не мог подслушать. Когда он остановил «триумф», Дебби повернулась к нему, не заметив, что ее коротенькая бежевая юбка поднялась, открывая чуть ли не все бедро.
— Рики, я все-таки не понимаю, к чему такая таинственность.
— Я тебе говорил, Деб. Если он подумает, что коттедж снят несколькими девушками на неделю, он не станет выяснять, кто хозяин.
— Но если я просто скажу ему, что ты хочешь с ним поговорить, он…
— Он приведет с собой половину управления шерифа. И, как по-твоему, кому они поверят: мне или университетскому профессору? Надо все сделать так, чтобы у меня оставалась возможность уйти, если он мне не поверит.
Он вылез из машины, обошел ее, открыл дверцу со стороны Дебби. Она вошла в крайнюю из будок, закрыла за собой дверь. Рик встал спиной к ней. Если профессор дома, подумал он, они переходят к реализации намеченного плана. Завтра все и решится.
Как хорошо, что он не смотрит на меня, пронеслось в голове у Дебби. Иначе она нервничала бы еще больше. Она заставила себя бросить в щель десятицентовик, набрала номер, в душе надеясь, что не застанет профессора. Слишком уж быстро все завертелось. Своей глупостью она навлекла на Рика беду. И теперь должна загладить вину, позаботившись о его безопасности.
Трубку сняли на четвертом звонке.
— Профессор Холстид? Это…
— Я рад, что вы позвонили, Дебби, — приятный, добродушный голос. — Вы хотите мне что-то сказать?
— Я… да, сэр. Я… это… хотела бы с вами встретиться. У вас есть карандаш и бумага? — Курт ответил, что да. — Хорошо, вы знаете, где находится Сан-Конрадо?
— Маленький городок к югу от Бухты Полумесяца, не так ли?
— Да, сэр, — оказалось, что все не так уж и сложно. Ведь она помогает профессору Холстиду в его розысках. Он поймет, что напрасно подозревал Рики и его друзей, и переключится на настоящих преступников. — В десяти милях к югу от Сан-Конрадо, по Береговой автостраде, есть съезд направо. Усыпанная гравием дорога уходит в овраг. Она перегорожена высокими деревянными воротами, запертыми замком. В четверти мили от ворот, по этой дороге, находится…
— Ворота будут закрыты или открыты?
— Закрыты. Полагаю, вам придется оставить машину перед воротами и дальше пойти пешком. Мы можем встретиться там завтра в восемь вечера?
— Да, конечно. Но почему завтра? Почему там? Почему вечером?
Ответы на все эти вопросы она отрепетировала с Риком.
— Потому что я не хочу, чтобы мои родители знали, что я все еще встречаюсь с… моим приятелем. Он им не нравится. Мы с подружками арендовали этот коттедж до начала занятий. Едем туда завтра, вечером остальные собираются в кино в Санта-Крус. Я скажу, что у меня разболелась голова, так что в восемь часов буду одна.
— Понятно. А ваш приятель придет?
— Не знаю. Я постараюсь уговорить его… — она чуть не хихикнула: Рик предвидел и этот вопрос. — Он хочет прийти, но боится, что вы ему не поверите, что бы он ни сказал, постараетесь вызнать его фамилию и натравить на него полицию из-за того… что он не отказал вашей жене. Он говорит… О! — внезапно воскликнула она, как и учил ее Рик. — Пришла мама. Завтра, в восемь вечера. До встречи.
Она повесила трубку, распахнула дверь будки. Ее зеленая безрукавка прилипла к спине. Но она гордилась тем, что справилась. Хотя и терпеть не могла лгать.
