Какова же альтернатива? Сдаться, как предлагает Престон. Есть ли у него серьезная причина для завтрашней поездки к коттеджу? Нет. Никто, кроме него самого, не хотел, чтобы он вел эти розыски. На следующей неделе он может позвонить Дебби Марсден и сказать… сказать, что полученная им новая информация свидетельствует о непричастности к случившемуся ее дружка. На этом будет поставлена точка. Никто больше не будет втянут в эту историю, не появятся новые изувеченные, новые покойники. Если кто-то и расставлял ему западню, о ней все забудут.
А сегодня? Позвонить Барбаре, чтобы она сказала ему, что он сделал правильный выбор? Нет, звонить он не будет. Но Курт уже знал, что и следующим вечером он никуда не пойдет. Взбодрившись, он отнес практически полный стакан на кухню и вылил вино в раковину.
Хулио закрыл ворота гаража и заложил их деревянным брусом. Его глаза алчно сверкнули. Толстяк, склонившийся над раскуроченным мотором «форда», поднял голову, посмотрел на него. Автомобиль стоял посреди гаража, без капота, над лужей темного масла. Толстяк вытер руки ветошью, под светом свисающей с потолка лампочки тускло блестел его перстень с черепом и скрещенными костями. Чемп поднялся со стула у верстака.
— Едут, — объявил Хулио.
Они прислушались. Заскрипел гравий под колесами поворачивающего на подъездную дорожку «триумфа», все громче слышалось урчание мотора, скрипнули тормоза, мотор заглох. Хлопнула дверца, вторая. Голос Дебби. Заскрипев, повернулась ручка. В открытую дверь хлынул поток света.
— Как тут темно! — воскликнула Дебби.
Она была в той же одежде, что и вчера: бежевая мини-юбка, зеленая безрукавка, сандалии. Голос Рика звенел, как натянутая струна.
— Господа, представляю вам мисс Дебору Марсден![12]
— Глупый, — Дебби хихикнула. — Я же их всех знаю.
Но Рик продолжал ломать комедию.
— Справа от меня, у верстака, мистер Эрнест «Чемпион» Матер, у которого самые сильные руки и самый маленький мозг во всей Северной Калифорнии. Чемп, поздоровайся с дамой.
Хулио ему все растолковал, но Чемпу все еще казалось, что Дебби — девушка Рика. Однако… он плотоядно улыбнулся, оглядывая ее с головы до ног, поиграл гигантскими бицепсами.
— Рядом с «фордом» не бочка с маслом, а Делмер Толстяк Гандер. Мы находимся на земле, принадлежащей его старику, но этот уик-энд он посвятил рыбалке. Толстяк, поклонись.
Вместо поклона Толстяк, обильно потеющий, громко рыгнул. Хулио залился истерическим смехом. Рик указал на него.
— А это Хулио Эскобар, который заявляет, что из всех парней, учившихся в средней школе Лос-Фелиса, он — единственный, кто не залезал к тебе под юбку. Он говорит…
— Рик, это же ложь! Я… — Дебби замолчала, покраснев как помидор. Она решила, что Рик подначивает ее, но заметила испарину, выступившую на лице Рика, и внезапно ей стало не по себе. Так что Дебби услышала совсем не то, что имел в виду Рик. — Послушай, возьми нужный тебе инструмент да поедем обратно… если мы хотим провести этот день…
Она не договорила, потому что Рик остановил ее, когда она хотела повернуться к двери, чтобы уйти.
— Задержимся еще на минуту, Деб.
— Но… почему? — Она переводила взгляд с одного лица на другое, в предчувствии неладного.
— Потому что ты якшаешься с профессором Холстадом! — воскликнул Хулио, шагнув к ней. — Потому что из-за тебя нам грозит опасность!
— Из-за меня… опасность… — она уже перепугалась по-настоящему. Может, они накурились травки или нанюхались какой-то дряни, о чем иной раз рассказывали девочки в общежитии. И тут ее осенило. — Так это вы! — выкрикнула она в лицо Хулио. — Вы трое, ты, Толстяк и Чемп, вы… изнасиловали ее? Как профессор и…
— Нам пришлось, Дебби, — ответил ей Рик, не Хулио, и на мгновение он и Дебби застыли, глядя друг на друга, не видя остальных. И выражение глаз Дебби заставило Рика продолжить: — Она видела меня, когда я пинал этого гомика. А в ту ночь она… сама этого хотела…
Дебби метнулась к двери, застав их врасплох. Ей даже удалось открыть ее, но крикнуть она ничего не успела.
Рик схватил девушку и затащил обратно в гараж.
— Видишь? — прошипел Хулио. — Видишь, какая она? Теперь ты понимаешь, почему ей надо заткнуть рот?
Дебби смотрела на Рика, в его налитые кровью глаза. Мир для нее рухнул. А Рик отшвырнул ее Чемпу. Его пальцы сомкнулись на ее руках, как стальные кандалы.
— Рики… — взмолилась Дебби. — О Господи, пожалуйста, Рики, не…
— Вам бы лучше… сначала заткнуть ей рот, — лицо его стало белым, как мел, в двенадцать секунд он постарел на столько же лет. — И не забудьте связать ее после того… как закончите. Я… буду ждать вас в коттедже.
Горящая рука Толстяка зажала рот Дебби. Ее глаза выкатились из орбит, как у оказавшейся в огненном кольце кобылы, когда она увидела, что Хулио вытаскивает из-под верстака старый матрац. Он бросил его на пол рядом с «фордом» и начал снимать штаны.
— Я — второй, — донесся из-за спины голос Чемпа.
Она услышала, как за Риком закрылась дверь.
Чьи-то руки грубо швырнули ее на матрац, ей в рот засунули пахнущую маслом ветошь, жадные пальцы расстегнули пояс юбки, сдернули ее, потом трусики…
