— Мой отец, Станислав Евгеньевич Спицын. — Спицын-младший кончиками пальцев достал из верхнего кармана пиджака визитку, протянул Скокову.
— Спасибо. Когда Ракитина обратилась к вам за помощью?
— Девятого числа, в день убийства.
— И что вы ей посоветовали?
— Вызвать немедленно милицию.
— Вы предпринимали какие-нибудь попытки найти ее мужа?
— Звонили в Петербург, куда он уехал по делам фирмы, но, увы, он там не появлялся.
— А зачем вы его разыскивали? Вы подозреваете…
Спицын, как бы отталкиваясь от невидимой стены, выкинул вперед ладони.
— Не мы — милиция! В голос орет: если не она, значит, он!
— А вы против такой постановки вопроса?
— Естественно.
— Почему?
— Это сделал кто-то третий. Это — заказное убийство. И ментам оно — поперек горла: не умеют они «заказы» раскрывать.
— Это не их вина, это их беда, — вздохнул Скоков, поймал взгляд Ракитиной и, призывая ее к откровенности, как можно мягче улыбнулся. — Маша, вы давно замужем?
— Лет пять-шесть.
— По любви вышли?
— Да.
— А когда пришло разочарование?
Ракитина с вызовом вскинула голову.
— Я его до сих пор люблю.
— Ну, а зачем же тогда…
— Изменять? — помогла Ракитина Скокову. — Я вас правильно поняла?
— Правильно.
— Тогда слушайте… На прошлой неделе я его поймала с девками и сказала: «Отомщу той же монетой!» А он, сволочь, не поверил — рассмеялся. Ну я и отплатила… С его другом. Он на меня давно поглядывал…
— Как зовут друга?
Ракитина на секунду растерялась, метнула короткий, тоскливый взгляд на Спицына, но тут же опомнилась, взяла себя в руки, сжала пальцы в кулачки и уверенно проговорила:
— Володя Слепнев.
— Чем он занимался?
— Понятия не имею.
— Где вы познакомились?
— В казино «Максим».
— Как вы там оказались?
— С мужем.
— Это я понимаю. Меня интересует другое — зачем? Поужинать, потанцевать, сыграть в рулетку?
— Меня попросили спеть.
— В казино?!
Наступило неловкое молчание. Первым нарушил его Скоков. Он резко качнулся вперед, упер кулак в щеку, и в его голосе послышались отцовские нотки.
— Дочка, если хочешь, чтобы я тебе помог, говори правду. Поверь, это в твоих интересах.
Ракитина, словно пловец, собравшийся уйти на глубину, глубоко, всей грудью, вздохнула, резким движением откинула со лба волосы.
— Я привезла ему деньги. Он проигрался, позвонил мне по телефону, и я привезла ему деньги, — повторила она, видя, что ей не верят.
— Неправда! — тихо и очень спокойно проговорил Скоков. — Игроки такого класса, как твой муж и Володя Слепнев, верят друг другу на слово. Так что, никто тебе не звонил и…
Ракитина вознесла руки к небу, хотела было перекреститься, но Скоков остановил ее.
— Бог грешников прощает, я — нет! — Он решительно встал. Поднялась и Ракитина.
— Хорошо. Я скажу: он проиграл меня в карты.
— Вот это другой разговор… — Скоков медленно опустился в кресло. — Садись! И расскажи, как выпуталась из этой истории.
Ракитина неожиданно успокоилась, достала из сумочки пачку «Мальборо» и закурила.
— Когда он мне об этом сказал, я онемела, слова не могла вытолкнуть, как будто током ударило или молнией… Затем спросила: «Навсегда?» А он: «На неделю».
— А в этот раз?
— Тоже на неделю.
— Он действительно уехал в Петербург?
— А вот это я и впрямь не знаю. Может, пьет где-нибудь, а может… играет.
— Где?
Вопрос прозвучал так грозно и резко, что Ракитина чуть не выронила сигарету.
— Скорее всего, у Решетова.
— Это ваш исполнительный директор?
— Да.
— Они что, друзья?
— В школе вместе учились.
Скоков удовлетворенно кивнул, открыл дверцу левой тумбочки шикарного — из красного дерева — стола, выдвинул верхний ящик, достал типовой договор и в графе «клиент обязан выплатить»… вывел цифру с семью нулями.
— Это наш гонорар. Устраивает? — Он протянул бумаги Ракитиной, но она даже не встала.
— Устраивает.
— Тогда распишитесь.
Ракитина подошла к столу, поставила подпись и ледяным голосом спросила:
— Все?
— Нет. — Скоков придвинул к ней телефон. — Позвоните мужу и скажите, что к нему подъедет ваш друг — побеседовать, задать несколько вопросов… Только спокойно, без взаимных оскорблений.
Ракитина кивнула и набрала номер.
— Дарья, ты?.. Здравствуй… Ладно, потом расскажешь… Гриша у вас?.. Спасибо. Я перезвоню чуть позже. — Она разъединилась и набрала следующий номер. — Вадим?.. Позови мне, пожалуйста, Гришу… Тогда передай, что к нему сейчас подъедет мой друг. Зовут его Семен Тимофеевич. Он желает с ним поговорить. Все понял?.. Будь здоров!
Ракитина бросила трубку и, глядя в пространство, проговорила:
— Они на даче. Адрес: Пушкино, Оранжерейный проезд, дом одиннадцать. Я могу быть свободна?
— Если потребуешься, где тебя искать?
— Дома, Семен Тимофеевич. Это по личным вопросам, в случае, так сказать, безысходной тоски, а по всем остальным… — Ракитина указала большим пальцем в сторону безмолвствующего, но с огромным любопытством наблюдающего за всем происходящим Спицына, — обращайтесь вот к этому господину: он обожает решать кроссворды! Всего доброго! — Она подхватила сумочку, стремительно развернулась и выскочила из кабинета.
