— Чудак! — снисходительно произнес Влад. — В Самаре меня уже ждет покупатель, который возьмет весь бензин по тысяча пятьсот рублей за литр. А купил я его по восемьсот… Не трудись сосчитать прибыль, это большие цифры. Если вычесть все транспортные и прочие расходы, то я за несколько дней заработаю что-то около ста пятидесяти тысяч баксов. Естественно, ты можешь рассчитывать на долю… Ну, впечатляет?
— Впечатляет, — признался я. — Ты рисковый парень. Не боишься, что твой бензин потеряется где-нибудь по дороге?
— Знаешь, — разоткровенничался Влад, — сначала, конечно, был мандраж. А потом я подумал: черт подери, не боги же горшки обжигают! Почему кто-то этим занимается, а я нет?
Я смотрел на Влада уже с любопытством, но скептицизм сидел во мне крепко.
— И где он, этот твой состав?
— Не бойся! — рассмеялся Влад. — Тебе не придется толкать цистерны, разливать бензин и прокладывать путь. Механизм, который я до деталей продумал и отрегулировал, уже работает. Сегодня ночью, а точнее под утро, состав благополучно отправлен на Ашхабад. Оттуда его перекинут на Чарджоу, затем на Самарканд, Ташкент и через Казахстан на Оренбург и Самару.
Не совладав с эмоциями, Влад крепко хлопнул меня по плечу. Я поморщился от боли.
— Вот так, дружище, рядовой кандидат исторических наук превращается в нефтяного магната… Нет, ты признайся, что даже предположить не мог такого размаха!
— Не мог, — признался я, потирая плечо. — Мы с Анной думали, что ты купил здесь несколько мешков дынь, чтобы потом продать их в Судаке.
Влад скривился и не совсем естественно рассмеялся.
— Дыни — это бизнес для бабаев! Я пошел ва-банк. Сыграл по-крупному. И, по всей видимости, сниму богатый урожай.
Сейчас он очень нравился себе самому. Мне не хотелось огорчать его своим недоверием, и я осторожно похвалил друга:
— Молодец. Я не рискнул бы. Я просто не умею этим заниматься.
— Брось ты, браток, — великодушно возразил Влад. — Бензин, это, конечно, не гостиница для курортников. Но все же я считаю, что у тебя получилось бы не хуже, чем у меня. Кто не рискует, тот не пьет шампанское! Чтобы научиться плавать, надо нырять в глубину!
Он переходил на лозунги, и оттого разговор становился скучным. Я встал и протянул Владу руку.
— Поздравляю с удачей, — сказал я. — Надеюсь, что ты станешь преуспевающим бизнесменом. Ну, а я буду думать, как отсюда выбираться назад.
Улыбка сошла с лица Влада. Он с неприязнью посмотрел на мою руку и покачал головой.
— У-у-у?. — Кажется, ты начал мне завидовать. Это нехорошо, дружище. Это ты брось. Зависть — это самое дрянное качество.
Он в самом деле был уверен, что я ему позавидовал. Мне казалось, что я не давал повода так думать обо мне. Наверное, усталость и досада помешали мне достаточно искренне порадоваться удаче Влада.
Мне стало его немного жаль, как если бы Влад пригласил меня на свой день рождения, а я бы отказался от приглашения. Я снова сел и, как Влад это делал несколькими минутами раньше, обнял его за плечо.
— Я в самом деле рад за тебя, — сказал я, глядя ему в глаза. — Прости, если я не слишком ликую. Наверное, меня достали грязь и жара.
— Принято! — примирительно сказал Влад и кивнул головой. — А теперь поговорим о деле. Само собой разумеется, что я тебя никуда не отпущу — не для того просил приехать… В Чарджоу цистерны надо встретить и проконтролировать, чтобы их отправили на узбекскую таможню, а оттуда — в Ташкент. Еще предстоит казахская и российская таможни, но это пара пустяков. По огромному блату и за бешеные деньги я взял два билета на фирменный поезд — в нем места раскупаются за месяц… Не делай гримасу, это совсем не то, в чем ты ехал. Эсвэ, кондиционеры, коврики, цветочки, чай в купе и, естественно, ледяное шампанское. Все за мой счет. Ты получишь море удовольствия!
— Это надолго, Влад?
Он махнул рукой, словно отбивая летящие к нему слова.
— Два дня! Всего два дня! В Самарканде я посажу тебя на самолет, и ты полетишь к своей Анне, а через неделю привезу в твой пропитанный портвейном поселок гонорар. И, разумеется, с меня банкет по полной программе.
— Не надо гонорара, Влад, — без всякой рисовки ответил я. — Я еще не скурвился до такой степени, чтобы помогать другу за деньги.
— Нет! Нет! — с чувством воскликнул Влад. — Об этом не может быть и речи! Как в этой идиотской рекламе? — ты не халявщик, ты компаньон! И оставь свое дурацкое благородство при себе. Если откажешься от денег, я отдам их Анне.
— Кстати, — вспомнил я. — Надо ей позвонить.
— Отлично! — хлопнул в ладони Влад. — Сейчас срубаем по пловешнику, а потом позвоним Анне.
Это Влад, подумал я, потеплевшим взглядом глядя на друга. Переделать его невозможно. Он никогда не поймет, почему в этом случае надо говорить «позвонишь» вместо «позвоним».
