Сергей, приняв утренний туалет, спустился в «Ресепшн», где без труда выяснил, что никто на его номер этим утром не претендовал. Усмехнувшись, он вышел из гостиницы в начинающуюся жару, слегка скрашиваемую свежим дыханием моря, прогулялся по кипарисовой аллее до кафе «Зурбаган». Там позавтракал тостами с обезжиренным маслом «Долина Сканди» и крепким турецким кофе.
Ни Мурыжного, ни Джамаляна, базировавшихся, по его сведениям, в фешенебельном «Блеске жемчужины», он в эти дни не встречал. Отъехали куда-нибудь? Возможно. Но, судя по ведущимся в отношении него проверочным мероприятиям, объявятся, голубчики…
Как и в предыдущие дни, Горюнов просибаритствовал до вечера. Пляж, бар, горное озеро, на которое он прикатил на потрепанной «Ладе-восьмерке», взятой напрокат еще в Южнороссийске, снова бар… Ближе к вечеру посетил массажный салон, потом легко поужинал и вышел освежить легкие на набережную, заполненную людьми.
Вдоль парапета, оживленно жестикулируя и тараторя на своем гортанном языке, прогуливались темпераментные кавказцы, фланировали солидные пары, явно прибывшие отдохнуть из крупных российских городов. Сквозь распахнутые двери полуподвальных забегаловок доносился музыкальный винегрет из хард-рока, рэпа, джаза, песен наших эстрадных звезд и бабочек-однодневок. Вьющийся с задворок этих кафешек дымок разносил в воздухе аппетитный запах истекающих на мангале соком шашлыков.
Сергей обогнул ресторан, у входа в который покуривала группа аляповато одетых проституток, и углубился в магнолиевую рощу, где функционировала танцплощадка, называемая теперь, впрочем, на западный манер «дансингом».
Девочку эту он приметил сразу. Возраст — двадцать-двадцать два. Утонченные черты лица, показавшегося Горюнову целомудренным. Светло-каштановые волосы, ниспадающие влево в соответствии с еще не отошедшей модой на асимметрию. Скромное шелковое платье, открывающее стройные загорелые ноги.
Сергей некоторое время понаблюдал за ней, ожидая увидеть ее молодого человека, но девушка, похоже, пришла потанцевать одна. Странно!
Рок-группа «Катран», играющая на «дансинге», в очередной раз привела в действие бас и ударные, и во влажнеющий вечерний воздух вклинилась вполне профессионально исполняемая ритмичная джексоновская «Билли Джин».
Девушка танцевала легко и умело. Четкие и красивые, с малой амплитудой, движения юного тела будто фиксировали подчеркиваемые ударником сильные доли такта. Когда прозвучал последний аккорд, она сорвала аплодисменты танцевавших рядом. Горюнов с удовольствием присоединил к ним свои.
Зазвучала медленная, тягучая мелодия, ведомая саксофоном. Сергей подошел к девушке. Улыбнувшись, галантно склонил голову:
— Разрешите!
Откуда-то из-за спины вынырнул узколицый, похожий на чеченца парень, довольно бесцеремонно оттер Горюнова.
— Дэвачка нэ та-анцует, дарагой!
В огромных карих глазах приглашаемой заметался испуг: судя по всему, «чеченца» девушка видела впервые.
— Я думаю, она сама решит, — Горюнов, продолжая улыбаться, незаметно для постороннего глаза провел болевой прием: так загнул внутрь кисть правой руки кавказца, что тот побледнел; на лбу его выступила испарина.
Сергей отпустил руку нахала и, глядя прямо в его черные ненавидящие зрачки, тихо спросил:
— Ты все понял, обезъяна?
— Харашо… Патом пагаварим!.. — прошипел «чеченец», растирая кистевой сустав. — Та-анцуйте, танцуйте!..
— Господи, это добром не кончится!..
Первые, чуть не со стоном произнесенные, слова девушки, которые услышал Сергей во время танца, заставили его улыбнуться: уж слишком велика была степень озабоченности его партнерши рутинными танцплощадочными разборками.
— Не беспокойтесь! — ласково сказал он, чуть покрепче, однако без тени развязности, прижимая девушку к себе. — Вы прекрасно танцуете, я просто залюбовался. Вы ведь не местная?
— Я из Москвы. Решила вот немножко встряхнуться, так нигде от нахалов покоя нет!..
— Не беспокойтесь, — повторил еще раз Горюнов. — С нахалами разговаривать надо их языком, другого они не понимают. Но на сегодняшний вечер эту функцию предоставьте мне!
В глазах девушки заплясали игривые искорки.
— Вы… вы решили быть сегодня моим рыцарем?
— А вы отвергаете?
— Н-нет… — пожала плечами партнерша Сергея и несколько растерялась. — Только я ведь не надолго сюда пришла. Обещала маме к одиннадцати вернуться.
— Обещали — вернетесь. А я вас провожу: видите, за фонарями какая темень? Договорились?
— Д-да… — девушка вновь пожала плечами. — Если вас не затруднит.
— Вы — воплощенная вежливость, — улыбнулся Горюнов. — Конечно, не затруднит. Вы студентка?
— Угу. Перешла на четвертый курс геофака МГУ.
Саксофон заканчивал выводить красную нить романтической композиции. Музыка стихала.
— Есть предложение познакомиться, — сказал Горюнов. — Раз уж я — пусть только на сегодня — ваш рыцарь. Не против? Меня зовут Сергей.
— Ксения. А вы хорошо ведете в танце!
…Четыре тени преградили им путь почти сразу, как только они вступили на аллею.
